Чужая здесь, не своя там. Том первый

Рик наконец-то вынырнул из книжного царства. Он с любопытством стал крутить головой, высматривая что поинтереснее, пока само представление не началось. А Рон продолжал развлекать меня рассказами. Я хохотала как ненормальная. Рини шипела что-то вроде: «Тише! Ты же эдель!». А как тут удержаться?

С началом действа на манеже все мое внимание было приковано только к нему. Наверно, я и Рик сейчас мало чем отличались: мы оба с таким восторгом смотрели представление, что над нашим детским писком и охами Рон только посмеивался.

В тот момент, когда на площадке появились акробаты и стали демонстрировать неимоверные трюки, Рик схватил меня за руку. Еще бы! Они такое вытворяли! Аж дух захватывало! А потом уже и я в порыве эмоций крепко уцепилась за руку Рона. Он же успокаивающе погладил мои пальцы.

Рик уже давно убрал свою руку и с независимым видом взирал на дрессированных собачек. Мне же свою ладонь обратно вернуть не удалось. Так мы и просидели до конца представления.

Выйдя из шатра, я и Рик стали наперебой делились своими впечатлениями.

Рини хотела повести нас на ярмарку, но Диль и Иса были категорически против.

– Мы и в парке можем еще погулять, – заявила Диль и утащила свою подругу в сторону аллеи.

– Встретимся через полтора часа на входе! – успела выкрикнуть Исгельна, прежде чем они скрылись.

Рини растерянно смотрела им вслед.

– Вот же… – договаривать она не стала. «Эдель не ругаются».

Только с досадой топнула ногой и пошла к скамейке. К ней присоединился Рун. На соседнюю скамейку сели Иви и Рик. Мальчик достал книжку, а девушка, подставив солнцу лицо, прикрыла глаза.

Мы с Роном переглянулись.

– Пойдем, тоже прогуляемся, – кивнул в сторону другой аллеи он.

– Пойдем, – вздохнула я.

Только теперь Рон молчал и просто шел рядом. Мне же в голову совсем ничего не приходило, и, как начать хоть какой-то разговор, я не знала.

– Асти, не злись на Руна, – вдруг произнес парень.

От неожиданности я даже остановилась.

Дама, выглядевшая как «истинная эдель», врезалась в меня, сопроводив это словами:

– Думай, что творишь, дикарка! – взвизгнула она. – Понаехали и людям пройти спокойно не дают уже!

Я отступила, проводя недоуменным взглядом женщину. Не буду же я грубить незнакомому человеку?

– Что ты имеешь в виду? – наконец спросила я Рона.

Он отодвинул меня к краю дорожки ближе к себе.