Чужая здесь, не своя там. Том второй

Я вздохнула слишком громко. Следователь внимательно посмотрел мне в глаза. Он явно ловил все мои эмоции и реакции.

– Эдел Никлас обнаружен также не был.

– Но как так? – Я, конечно, была рада, что его не было среди погибших, но не понимала, как это произошло. Точнее делала вид, что совсем-совсем не понимала. Догадка же одна была, вернее надежда. – Он же самостоятельно передвигаться не мог…

– Никаких следов и зацепок, указывающих кто и куда мог увезти вашего знакомого, не было найдено.

Неужели тот старик действительно сдержал слово? Оставалось только гадать.

Мои сомнения следователь тут же уловил и принялся с особым усердием заваливать новыми или перефразированными старыми вопросами.

Прошлая наша беседа, по сравнению с нынешней, была милой дружеской болтовней.

– Знаете, Астари, вы удивительная девушка, – когда у следователя, наконец, закончились вопросы, вдруг произнес он.

Я удивленно приподняла брови.

– Да-да. Несмотря на все перипетии жизни, вы все равно…

– Не опустила руки, не поддалась унынию и вообще, странно, что до сих пор живу? – Совсем не как эдель, перебила я. Страх ушел, остались лишь усталость и раздражение.

– Не совсем так, но вроде того, – хмыкнул эд Фритьеф. – М-да, наглость молодости… Можете идти, эдель Астари.

Еще мое отличие от «истинной» эдель – совсем не умею принимать комплименты. Правда, они были несколько обидными что ли…

Не знаю, каким бы увидел Фритьефа Данфер, но мне думалось, что следователь представлял из себя закрученную спираль, где витки чередовались из огня и льда, и только он сам выбирал, какой виток преобладает в нужный момент.

***

– Как-то подозрительно легко все прошло. Не ожидал, – протянул наместник.

В этот раз в кабинете следователя он со мной не сидел. Оставив меня, он уехал по делам. Как оказалось, решал вопрос с Данфером. О нем мы теперь и разговаривали, когда вернулись домой.

– Это же хорошо, – я не столько утверждала, сколько спрашивала.

– Пожалуй. Дело обстоит так. – Настроение у бывшего опекуна было явно хорошее. Мало того, что улыбался весьма довольно, он еще и закинул руки за голову и откинулся на спинку кресла, приняв расслабленное положение. Все эти действия подчеркивали постоянные его утверждения, как будто он решил постоянно мне об этом напоминать, что я не чужая, а своя. – Мать Данфера не отказывалась от подданства Адарии.