Пышная проблема физрука

Пожаловаться классной или чего хуже, родителям? Как-то это несерьёзно, мне ж не пять лет уже, в начале мая совершеннолетней стала, надо бы самой свои проблемы учиться решать.

А что тогда делать?

Глупая, совершенно безрассудная идея приходит в мою голову весьма неожиданно.

– Так, стоп! – хлопаю ладонями по столу.

Не слишком громко, в столовой всё же нахожусь. Но призвать подруг к порядку удаётся.

– Мне нужен план, – оглядываю девчонок пристальным взглядом. – Надо за оставшиеся две недели сделать так, чтобы Ильин уволился.

Надя и Люба переглядываются. В глазах – смесь шока и удивления.

– Как? – спрашивают хором.

– А вот так! – ударяю кулаком по столу. – Я буду его изводить до тех пор, пока он не поймёт, что работа в школе – это не его! Вы мне поможете?

Фирсова скептически морщит нос. Ну да, я помню, что Люба предпочитает более радикальные методы.

– Только без жести! – грозит пальцем Надюха.

Даже не говорит ничего больше, поддерживает.

Потому что знает, что я эту безумную идею раз уж задумала, теперь всеми силами стану воплощать в жизнь. И ей лучше быть рядом и контролировать мои действия.

Глава 2

«После урока встречаемся в раздевалке», – пишу в наш общий с девочками чат во время английского.

Надя со своим парнем теперь сидит, а Люба и вовсе в другой группе занимается, поэтому лучшего способа предупредить девчонок, у меня нет.

Вчера весь вечер думала над тем, какими методами воздействовать на ненавистного физрука.

Короче, поняла, что придётся импровизировать.

Жду Надюху и Любу возле входа в спорткомплекс. С ноги на ногу переминаюсь – нервничаю.

– Ты чего здесь застыла, Кошкина? – сочный мужской бас застаёт врасплох. Подпрыгиваю прежде, чем успеваю развернуться лицом к обладателю прекрасного тембра.

Ррр, опять он.

– Я – Мышкина! – выплёвываю яростно.

Складываю руки на груди и отворачиваюсь от Ильина.

Мне иногда кажется, что он просто претворяется взрослым и серьёзным, а на деле пацан пацаном. Цепляется, фамилию мою коверкает, смотрит дольше положенного. Скорее всего, посмеивается над моим лишним весом мысленно, вот и пялится то и дело. А статус учителя просто не позволяет ему высказать свои мысли вслух.

Стоит только подумать в этом русле, и вот опять – уставился на мою грудь.