Моя маленькая Надежда

Но мне неловко находиться наедине с этой девушкой, поэтому задаю глупые вопросы. Она же открыто демонстрировала своё презрение, а сейчас разговаривает как ни в чём не бывало. И меня это настораживает, желудок сжимается от нехорошего предчувствия.

– Да, Любка Фирсова – наша староста, вооот, это тебе для разогрева, – Диана опускает внушительную стопку книг на стол и возвращается к стеллажу.

Я присаживаюсь на стул и приступаю к работе после того, как Штерн показывает мне, что нужно делать.

Проходит примерно минут тридцать, Диана тоже работает и пока молчит, даже производит впечатление вменяемого человека.

– Это последняя, потом я отлучусь на полчасика, сбегаю что-нибудь перекусить возьму в магазине напротив, – сообщаю своей напарнице. Или надзирательнице, я пока не поняла.

– Ой, – грустно выдыхает, – ты голодная? Прости, я не подумала, сама я придерживаюсь строгой диеты, поэтому иногда забываю, что остальные люди нуждаются в пище.

Молча киваю в ответ, потому что ничего не хочу отвечать.

– Надюш, – обращается, когда я заканчиваю с последней книгой, – потерпишь ещё пять минут? Я в туалет сбегаю и вернусь, – поджимает стеснительно губы.

– Ладно, – соглашаюсь неохотно. Я на самом деле очень проголодалась.

Беру ещё пару книжек с полки, чтобы не сидеть без дела, и когда по моим ощущениям проходит не пять, а все пятнадцать минут, тянусь за телефоном.

– Не поняла, – говорю в пустоту, ведь кроме меня в библиотеке по-прежнему никого нет.

Ещё раз шарю ладонью по столу. Я точно помню, что положила телефон именно сюда, но на всякий случай проверяю рюкзак.

Пусто.

Высыпаю всё содержимое на стол, но это не даёт желаемого результата.

Сердце начинает стучать немного быстрее от боязни того, что мои опасения подтвердятся.

Иду к вешалке и проверяю карманы куртки, но и там нет моего телефона. А вот это уже не смешно.

Ноги сами несут меня к двери в библиотеку. Дёргаю за ручку. Заперто.

Пытаюсь ещё раз открыть непослушную дверь, но она по-прежнему отказывается открываться.

Как глупо и одновременно предсказуемо.

В том, что Штерн намеренно всё подстроила, чтобы запереть меня здесь, я не сомневаюсь. Даже телефон мой стащить не побрезговала.