Ульяна: от судьбы уйдешь. Часть 2. Второй шанс

Едва выехав со своей полосы, Игорь увидел грузовик, который мчался по встречке. Поняв, что завершить маневр не удастся, он надавил на педаль тормоза, чтобы вернуться в ряд, но она не сработала. Его впервые в жизни охватил ужас. Времени на раздумья и разбирательство с причиной не оставалось. Он судорожно работал левой ногой, но все тщетно. Панов успел осознать неизбежность столкновения. В голове пронеслось молнией: «Не может быть!» Шансы на то, чтобы выжить при лобовом ДТП, в данном случае практически сведены к нулю.

Ульяна все еще находилась под впечатлением от разговора с мужем в то время, как зазвонил домашний телефон. Она долго не могла понять, о чем ей пытаются сообщить. Когда, наконец, до нее дошло, она впала в шок. Ей что-то объясняли о том, как все произошло и где находится тело, но до нее смысл услышанного не долетал. В обрывках фраз она успела уловить что-то насчет деревянного кубика, застрявшего под педалью тормоза. Эти слова ввергли ее в еще большее оцепенение. Не дождавшись вменяемой реакции, на том конце провода повесили трубку.

С одной стороны, смерть Игоря означала полное освобождение от тирании. Отныне не нужно вздрагивать при каждом хлопке входной двери, можно просыпаться по утрам и не думать с ужасом о том, вспомнит ли он о ее существовании сегодня или нет, она вправе сколько угодно общаться с Женей, а не выкраивать для этого время. С другой, у нее вдруг возникло ощущение, будто ее только что столкнули в бездну, она летит в черную пустоту, полнейшую неизвестность, и что бы ее там ни ждало внизу, она все равно неминуемо разобьется.

Ульяна не знает, сколько просидела в забытьи. Ее вывел из состояния прострации очередной телефонный звонок.

– Здравствуйте! Ульяна Ивановна? – Панова услышала идеально-спокойный мужской голос.

– Да, – она насторожилась.

– Это Гордей Сумбурский, управляющий рестораном «Жуков». Мне только что звонили из милиции и сказали о случившемся. Примите мои соболезнования! Для всех нас это невосполнимая утрата, – молчание собеседницы он воспринял как возможность выразить все, что намечено.

 – Они передали, что общались с вами, но потом вроде связь оборвалась. Я хотел сказать, чтобы вы ни о чем не волновались. У вас такое горе. Мы это понимаем и обо всем позаботимся, организуем похороны и поминки. Сделаем все, что необходимо в таких случаях. Я буду держать вас в курсе. О расходах не беспокойтесь. Вы меня слышите? – длительная тишина заставила его усомниться в качестве связи.

– Да.