Проникновение

Тут мы услышали, как хлопнула входная дверь: пришли хозяева, как я подумала, муж с женой.

– Здравствуйте, – поприветствовали они нас.

Голоса их звучали тихо, будто приглушенно, они говорили в тон друг другу. Оба одеты во все черное, ни одного светлого пятна в их облике я не уловила. Дальше говорила в основном женщина, мужчина все время стоял с опущенной головой, не поднимая глаз. Их внешний вид был настолько мрачен, что меня аж передернуло, и по телу прошелся холодок.

Мы с Александром поздоровались в ответ.

– Вы уже посмотрели квартиру, – спросила женщина.

– Как к вам можно обращаться? – поинтересовалась я.

– Меня зовут Ирина Дмитриевна Шведова, а мужа Егор Алексеевич, – ответила хозяйка за двоих.

– Да, посмотрели, и нас все устраивает. Ирина Дмитриевна, позвольте спросить, почему вы ее продаете, она в отличном состоянии, и относительно недорого просите за нее? – мне хотелось убедиться, что нет никакого подвоха.

Если доводы хозяйки о причине продажи жилья покажутся мне убедительными, то я безо всяких колебаний в дальнейшем куплю эту квартиру.

– Вообще-то, она принадлежит не нам, а нашей дочери, Александр, вы ведь в курсе, вы видели свидетельство, – было заметно, что она не хотела отвечать на мой вопрос. – У нее недавно умер муж, наш зять, и мы все решили, что будет лучше, если она с дочкой будет жить вместе с нами. Девочка маленькая, ей всего три годика, поэтому мы с мужем ходим и показываем квартиру, им и так тяжело пришлось.

– Примите мои соболезнования, – теперь-то я поняла причину их, как мне показалось, мрачного вида.

– И мои тоже, – кивнул Александр.

– Спасибо, – Ирина Дмитриевна достала белый носовой платок и промокнула глаза.

Вот оно, появилось белое пятно на черном фоне, свет скрывался внутри, незаметный при беглом знакомстве.

– Простите меня за назойливость, не сочтите бестактной, – начала я с череды извинений. – Но отчего он умер? Это не убийство? Ничего криминального?

– Конечно, нет, – мой вопрос ее все-таки оскорбил, так как она вся встрепенулась и округлила глаза.

Она убрала платок обратно в свою сумочку. Егор Алексеевич не подавал признаков жизни, он стоял как и прежде неподвижно, словно ничто происходящее вокруг его не касалось. Он весь был как одинокий темный столб на безлюдной дороге. Не хотела бы я встретиться с ним на улице поздним вечером.

– Никогда не слышала о такой болезни, а что это такое? – продолжала я задавать вопросы.