Заложница кармы и мистический Овал

В погоне за добром автору и героям романа предстоит драматический, часто возвышающийся до полной трагедии путь, где мистика всего лишь неизвестная нам сторона правды, а на самом деле – проведение. Здесь у мертвых есть возможность вернуться. Но это вовсе не знаменитая теория Федорова, не плоды воображения, скорее интуиция, предсказание грядущего.

Каждой эпохе свойственно своего рода суеверие. В двадцать первом веке, когда наука сливается с религией, и обе вместе с этикой, то, что обычно называли суеверием, становится предчувствием, угадыванием и одновременно приближением истины.

Тем, кто не может поверить, что бывает такая любовь, советую обратится к роману Риммы Ульчиной. Герои, которым автор симпатизирует, родились и жили, чтоб пропеть свою песню. Мы все скованы силой тяжести; автор все время придумывает что-нибудь, чтобы преодолеть ее. Я бы мог привести не один пример таких неустанных поисков, но это сделает читателя угрюмым и раздражительным, лучше читать самому.

Еще есть некий мистический Овал, я его представляю как полуприкрытый влажно-блестящий глаз, в котором можно увидеть нечто тайное, космический размах, энергию. Он, этот Овал, держит на своих плечах целый мир красоты и силы.

Чудо Риммы Ульчиной в том и состоит, что она соединила земное, реальное и таинственное, не всегда доступные нам законы. Это одно из произведений, которое нельзя отнести ни к какой школе, оно западает в душу, словно метеориты, осколки дальних планет.

    Леонид Финкель,

    Президент израильского филиала

    Международной Академии наук, образования,

    Индустрии и искусства (Калифорния), лауреат премии им. Нагибина.

КНИГА I

Посвящение

«Мистический роман,

или Заложница кармы»

посвящен светлой памяти

моих дорогих и любимых родителей:

Раисы и Павла Зарувимских,

которые ушли из жизни молодыми,

полными сил людьми».

Римма Ульчина

Часть I

– Что же это все-таки было? А если было, то зачем и почему?

Из самого чрева Вселенной, преодолевая и перекрывая миллиарды световых лет, несся к земле тонюсенький, немыслимой яркости лучик, который по чьей-то прихоти или воле прорвался из космических глубин, затмевая своим прекрасным светом свет звезд.

Маргарита не верила своим глазам.