В поисках утраченного

 – Он уже не мальчик, и находится в том возрасте, когда принять бразды правления королевством было бы в самый раз, но личная драма почти заставила наследника объединённого трона удалиться в монастырь. Родственники с трудом отговорили его от такого решения, но он выпросил год траура и раздумий. И что мы имеем сегодня? – Роквелл снова обратил взор на личико девушки. – Принц Август едва сдерживает свои стремления постричься в монахи, но серьёзно подумывает принять католичество.

Анжелина понимающе кивнула.

– А это вовсе не на руку протестантским королевствам.

Герцог поднялся и, продолжая ходить по комнате за спиной Анжелины, рассуждал:

– Наследника нужно поддержать и утешить. А кто сможет справиться с этой ролью лучше, чем юное и несчастное создание, пребывающее в трауре?

Холодный стальной взгляд снова направился в лицо маркизы Линкольн. Анжелина почувствовала, как внутри всё похолодело, но согласно кивнула. Внутренний протест нарастал – она осознавала, что одним лишь «утешением» принца её миссия, в понимании советника, не закончится.

– Я сделаю так, что Вы познакомитесь с Августом в самых подходящих условиях. В храме. Ваша задача – очаровать его и вернуть к жизни. Мы не должны допустить обращения наследника Пруссии и Бранденбурга к католичеству. Это сегодня королевство его отца держит нейтральную позицию, но всем яснее ясного, что, едва поменяется религиозное учение в королевском доме, изменится и ход Священной войны.

– Конечно, крёстный, Габсбурги и Польша спят и видят, чтобы перекрестить наследника Гогенцоллернов, – прошептала Анжелина.

– А Вы этому помешаете, – отозвался герцог, шагнув к креслу маркизы и, уперев руки в левый подлокотник, наклонился над девушкой. – Ведь помешаете же?

– Но каким образом? – попыталась изобразить недоумение красавица, в то время как сердце залихорадило от осознания, что крёстный отец всё ещё пытается играть её судьбой по своему усмотрению.

– Что может заставить принца вернуться к нормальной жизни и перестать поглядывать в сторону Папы? – прищурился советник. – Только желание вступить в брак с протестанткой!

Анжелина вжалась в кресло. Пальцы её непроизвольно обратились в кулаки, заострённые ногти больно вонзились в белые ладони, но она промолчала.