Весна в душе

 – Могу я узнать Ваше имя, сударь, и по какому праву Вы тут раскомандовались?

– Я старший помощник конюшего Его Величества Арнольд Бир и, в свою очередь, желаю знать, с кем имею честь?

– Так Вы новенький, – понятливо кивнула головой принцесса. – Тогда меня Ваша неосведомлённость не удивляет. Думаю, что леди Линкольн объяснит Вам всё сама. Ведь так, дорогая кузина?

Анжелина сглотнула и облизала пересохшие губы:

– Конечно, миледи.

– Не понял, – пробормотал Бир и вопросительно взглянул в сторону Маркизы Прилондонских краёв.

– Вы свободны, господа, – обращаясь к гвардейцам, произнесла наследница. – А сейчас, мистер Бир – простите, но я не знаю Вашего титула, – прошу Вас удалиться. Мы с сестрой желаем проехаться верхом, а Вы стоите на нашем пути. Брюс, лошади уже готовы?

– Осталось только закрепить сёдла, моя госпожа, – с широкой улыбкой ответил любимый конюх Ирены.

– Отлично, пойдём, расскажешь, что тут случилось.

Анжелина покинула помещение конюшни, Бир проследовал за нею.

– Коня мне, быстро!

Вильямс в красках рассказал о происшествии, заставляя Ирену хмуриться.

– Вот это да! – удивлённо воскликнула Эвелина. – Как же можно не узнать дочь короля, свою будущую королеву?

– Я знаю, что отец менял конюшего, а значит, сменились и его помощники. Он, вероятно, недавно из провинции, по знакомству получил эту должность, а освоиться ещё не успел, – пожала плечами принцесса.

– Я бы не сказал, что совсем слепо, – вступился за Бира Брюс. – Он колебался. И ещё она именем Беркли его приструнила.

– Беркли? – удивилась Ирена. – В последнее время Анжелина им не очень довольна. У неё же увели лошадей в прошлом году прямо из-под носа конюшего.

– Так вот почему она такая злая! – догадалась Эвелина и хихикнула.

– Буран для Вас, миледи, и Самара для Вас, Ваше Королевское Высочество! – торжественно объявил конюх, вводя скакунов.

– Эви, это та самая кобыла, про которую я тебе писала, – пояснила Ирена, подойдя к белоснежной лошади и поглаживая её по золотой гриве.

– Кстати, именно на неё Ваша кузина и положила глаз, – вставил Брюс, поправляя седло на Самаре.

– Вкус у маркизы недурён, – улыбнулась наследная принцесса Англии.