Нереальная дружба

], не была матерью моего отца? Если она скажет, что брат ей не полнокровный? Что станет, когда дядя узнает о тайном обручении моего деда[24 - Имеется в виду герцог д’Альбре. В альтернативной версии – племянник Жанны д‘Альбре, унаследовавший этот титул.] с безвестной дворянкой-бесприданницей?.. Королевская семья и без того со мной не считается, а что станет, если все эти подробности прошлого всплывут?!»

Ужас отразился в глазах первой леди. «Нет уж! Я заставлю свою тётушку молчать! – решила леди Линкольн.

– Что Вы хотите за сохранность этой тайны? – сухо спросила англичанка, остановилась и встала полуоборотом к родственнице.

– Абсолютно ничего, – хитро улыбнулась молодая герцогиня д’Альбре. – Мне и самой вовсе не хочется, чтобы английская общественность узнала о нашем с Вами родстве, моя дорогая племянница: Ваш образ жизни задевает честь великого рода Валуа и семьи де Герриэт. Но если Ваше поведение будет выходить за рамки приличия, мне придётся сообщить королю Англии некоторые подробности биографии нашего покойного предка: моего отца и Вашего дедушки.

Анжелина снова метнула нехороший взгляд на Констанцию.

– Но я хочу, чтобы Ваши неуёмная ненависть и строптивая гордость остались в прошлом. Оставьте в покое принцессу Уэльскую[25 - Титул принца или принцессы Уэльской носили только прямые наследники английской короны.]. Достаточно отравлять ей жизнь и преследовать на каждом шагу! Я хочу, чтобы моя кузина, которая о нашем родстве даже не догадывается, была счастлива.

– Отчего Вас так заботит их судьба? – прошипела маркиза Линкольн.

Де Нанон сузила глаза.

– Я обещала на смертном одре Её Величества королевы Марии-Луизы, моей любимой тёти, что не оставлю её малолетнюю дочь и буду ангелом-хранителем принцессы всю свою жизнь.

– Хорошо, «тётушка», – особенно выделив обращение, произнесла первая леди Англии, снизив тон. – Я выполню Вашу просьбу. Но надеюсь, что Вы сохраните всё известное Вам в глубокой тайне.

– Не беспокойтесь, Анжелина, – кивнула одними ресницами француженка. – И впредь не называйте меня тётей.

– Безусловно, – ответила красавица и, не имея больше ни малейшего желания продолжать беседу с родственницей и поборы с ювелира, вышла на улицу.