ЧемоданчиК

Борька, всё ещё ошарашенный произошедшим, прокручивал в голове сотни вариантов совпадения событий. Но как бы он ни старался, разумного объяснения случившегося он не находил. Мама размышляла, как лучше потратить деньги, вместе с тем переживая, что они были украдены. Колька и Семён поражались, насколько везучим был их младший брат.

Несмотря на соблазн, в ту же ночь было решено пока не трогать полученные деньги. Мама колебалась. С одной стороны, эти деньги были чужими, крадеными, и их следовало вернуть. Но с другой, не они же их украли, следовательно, вполне можно было оставить клад себе.

– Мелкий, – тихо позвал Колька.

– Чего тебе? – угрюмо отозвался Борька.

– Я ведь до конца не верил тебе. Думал, обманываешь. Интересно, что скажет Славик? Вы ведь хотели поделить клад на двоих. Выходит, ты его одурачил.

– Ничего он не скажет, – на ходу придумал Борька. – Ему деньги не нужны, у него их в семье хоть отбавляй.

– Дааа, ну и влипли же мы, ребята, – прошептал Семён.

– Ничего, как-нибудь выберемся, не пропадём.

Борька тяжело вздохнул. Он понимал, что с ума сойдёт, если ни с кем не поделится своей тайной. От волнения у него скрутило живот. Сердце бешено колотилось и готово было выпрыгнуть из груди в любой момент.

– Знаете, что самое интересное? – сказал он, приподнявшись на локте.

– Что? – напряжённо спросил Колька.

– Я наврал всё, – скороговоркой сказал Борька.

После сказанного ему сразу полегчало.

– Что ты наврал? – свесившись сверху, спросил Колька.

– Да всё. И про клад, и про преступников, и про шалаши в лесу. Я вчера до часу рубился в приставку у Славика и ни в какой лес не ходил. Просто решил придумать историю, чтобы мама не ругалась. Во-от…

– Ага, – усмехнулся Семён. – А клад сам собой появился.

– Я про это и говорю! Я до сих пор не могу прийти в себя.

– Клянешься? – спросил Колька.

Борька вскочил с кровати, широко расставил пальцы на руках и ногах и сказал:

– Клянусь сердцем матери и кровью отца!

Братья ахнули. Они знали, что означала клятва, сопряженная с враньем. Толик из дома напротив как-то поклялся сердцем матери и кровью отца, что не воровал сливы у соседей, хотя он их и оборвал ночью, все до одной.