Повесть о декабром чертополохе

Он снова включил переднюю, немного поддал газа, потом переключился на заднюю и опять попытался выбраться из западни. Двигатель отчаянно заревел в унисон с колёсами.

– Успокойся… – попытался начать Вадим, но водитель его не слушал – он напоминал теперь того грязного и разъярённого человека из какого-то старого фильма, стегающего изо всех сил лошадь, что не могла уже тащить бревно… Но тот всё равно стегал и стегал. Стегал и стегал.

– Да что мне твоё спокойствие! Иди ты к …!

И опять Вадиму стало не по себе от этих слов.

– Криками ты делу не поможешь… – сухо продолжил он и открыл дверь.

Оказалось, что за окном погода вообще лютовала – свист ветра вместе с колючим снегом сразу же ворвался в салон, принудив зябко поёжиться обоих парней… Перебарывая изо всех сил неохоту, Вадим распахнул дверь подальше и выпрыгнул во тьму, сразу же оказавшись по щиколотку в снегу одной ногой – другая угадала на снежный намёт, бывший достаточно прочным.

Да, фургон засел хорошо – место здесь было такое, не слишком удачное. То ли канава, то ли котлован собирались рыть, да и бросили, пробороздив несколько метров земли. Ветер свистел так, что становилось жутко; снег сыпал и сыпал.

– Чего там? – заорал из салона водитель, чтобы перекрыть непогоду.

– Хреново, – крикнул Вадим. – Надо вызывать…

И осёкся.

– Ага! – заорал Виталя. – Сейчас вызовем! С ладошки вызовем!

И он принялся страшно материться, но тоже выпрыгнул в снег, отчего его лексика запестрила бранью ещё сильнее – выпрыгнул он прямо в мягкий и большой сугроб, и нагрёб себе полные ботинки снега.

– Варианты есть? – заорал он в лицо Вадиму, пытаясь перекрыть вой ветра.

– Вызывать надо подмогу, эвакуатор, – повторил Вадим, подняв ворот своего коротенького пальтишки, пытаясь закрыться от навязчивых снежных хлопьев.

– А был бы у нас грузовик, мы бы так не встряли! – проревел Виталик, досадливо всплеснув руками. – А теперь… На этом корыте… Давай, звони куда-нибудь!

Вадим честно достал телефон и начал включать его. Снег тут же налип на экран смартфона, но незамедлительно начал таять. Томительное ожидание. В такие моменты привычные быстротечные вещи начинают казаться невероятно долгими.