Повесть о декабром чертополохе

Он убедился, когда подошёл ближе. Мужчина с длинной чёрной бородой – худой и высокий – внимательно смотрел на пришедшего.

– Здравствуйте, – сказал Вадим. – Мне больше некуда идти. Потому я пришёл сюда.

Мда, лаконично, но лучше и сказать нельзя. Краткость – сестра таланта.

– Здравствуй, – ответил мужчина. – Я вижу, что приключилось с тобой что-то нехорошее. И нужна тебе помощь.

– Нужна, – тут же согласился Вадим и почувствовал невероятное облегчение, как будто сначала босиком стоял на морозе, а потом забежал в натопленную баню.

– Идём. И ты мне всё расскажешь. И я обещаю помочь, чем смогу.

– Если Вы мне не поможете, то вряд ли кто-то ещё поможет…

Мужчина повёл его обратно и снова стал отпирать церковь. Вадим оглянулся по сторонам и поразился тому, как же потеплело на улице. Они прошли внутрь и оказались в тёплом и просторном помещении, и Вадим почему-то сразу же успокоился. Стояла тут какая-то необычайно умиротворённая атмосфера. Может, потому что сейчас здесь уже никого не было из прихожан – после утренней молитвы; может, потому что само это здание обладало невероятной силой.

– Рассказывай, что у тебя случилось.

И парень снова всё рассказал, начиная от вчерашнего вечера и заканчивая сегодняшним утром. Старался ничего не упустить, постепенно приводил мысли в порядок… Конечно, он по-прежнему считал себя убеждённым атеистом, но выговориться перед кем-то ему нужно было. И, в конце концов, он понял, что нашёл правильное место.

– Я тебя услышал, – сказал священник задумчиво.

Вадим попытался сглотнуть, но у него застрял комок в горле, а ладони вспотели. Наверное, он до последнего хотел найти всему произошедшему рациональное объяснение, но теперь понял, что попал в большую переделку. Но спрашивать ничего не стал, вглядываясь в сосредоточенное лицо мужчины.

– У меня был прихожанин, который долго лечился в психиатрической лечебнице, но безрезультатно, а потом пришёл сюда.

– И Вы ему помогли? – с надеждой спросил Вадим.

– Он сам себе помог, – ответил священник. – Его гложило… Впрочем, я думаю, тебе надо с ним самому поговорить, вы сразу поймёте друг друга. Я бывал у него в гостях. В те моменты, когда он не мог выйти из дома, его одолевали… «Галлюцинации», как ты выражаешься. И он звонил сюда, и я ехал к нему.

– И он их победил?

– Во всяком случае, они его оставили в покое.