Повесть о декабром чертополохе

Ночью же – кошмары, красочные. Как будто всё по-настоящему было…

– Да? – удивился врач, и лицо его стало очень напряжённым, он сложил руки ладонями друг к другу, но смотрел не на Вадима, а на песочные часы, стоявшие на его столе – чисто декоративный элемент. – Головой не бился?

– Нет.

– А наследственность не отягощённая? Никто из родственников не лечился от болезней психики?

– Да вроде… нет, – Вадим запнулся, потому что прекрасно помнил, что его отец неоднократно попадал в диспансер с «белочкой».

– Любопытно, – психиатр задумался. – Но, мне так кажется, что с тобой всё в порядке. Единственное – это усталость. От непосильной ноши.

– От какой ещё ноши?!

– Расскажи подробнее, что у тебя за галлюцинации… Я много разного слышал.

И Вадим рассказал ему всё, понимая, как сильно щёки его горят. Он не мог смотреть на доктора, не мог выдерживать его спокойного взгляда. Он сам себе казался придурком, и каждое слово ему давалось с невероятным трудом.

Психиатр улыбнулся – участливой, понимающей улыбкой, от которой Вадиму стало легче, но ненадолго.

– Сбрось эту ношу, – повторил он.

– Какую ношу?!

– Отдай эту монетку, и всё, – предложил психиатр.

Вадим смотрел с непониманием и нарастающим беспокойством.

– Кому отдать? Это же галлюцинация…

– Да, я знаю, – улыбка доктора стала шире. – Вот и пойди навстречу этому видению. И всё станет нормально.

Парень помолчал, как в беспамятстве нащупал в кармане метку и вытащил её, а потом уставился так, будто никогда не видел.

– Опять? – спросил он отрешённо. – Доктор, мне нужны таблетки.

– Нет, – уверил его доктор, поднявшись с кресла. Он медленно пошёл к парню. – Возьми и отдай. Тебе же это ничего не стоит.

Вадим протянул кулак к доктору, и тот тоже протянул руку – желтоватая толстая ладошка ждала.

– Ну? – спросил психиатр, и улыбка его показалась… вкрадчивой, что ли.

– Я не могу, – признался Вадим. – Я не могу разжать руку…

Психиатр схватил его – мгновенно вцепился в кулак обеими руками и навалился всем весом на руку.

– Давай, малыш, отдай мне монетку, отдай!

Они повалились вперёд – падая на пол, психиатр увлёк Вадима за собой, и тот свалился на него. Они стояли на четвереньках, и доктор остервенело пытался то ли разжать кулак, то ли оторвать руку по локоть.