Повесть о декабром чертополохе

 – Сейчас покажу…

Он стал держать одной рукой руль, а другой полез в карман своего пуховика, и лицо его, немного преобразившееся, опять стремительно помрачнело. Он спешно полез в другой карман; поменял руки, начал рыться во внутренних. Самообыск ничего не дал.

– Дома забыл фотокарточку? – пытался пошутить Вадим, но вышло не смешно.

– Какую карточку! – процедил водитель. – Телефон оставил в жилетке на складе. Дерьмо!

– Не спёрли бы…

– Только пусть попробует, – ощерился Виталя, подразумевая кого-то конкретного.

 – Мне комплектовщики уже жаловались, что завскладша прёт что-нибудь себе, а недостачу вешают на них. Как тебе такое нравится?

– Мне вообще это не нравится, – отмахнулся Вадим.

Спуск закончился, и фургон оказался на относительно прямой трассе, заледенелой, по бокам от которой возвышались наметённые закостеневшие сугробы. Глядя в своё пассажирское окно, Вадим видел ещё и собственное размазанное отражение в стекле. Лицо его было каким-то бледным, а глаза выглядели чёрными пятнами. Такими же чёрными, каким выглядел отсюда лес, возвышающийся стеной поодаль.

– Глухомань… – продолжал нудить Виталик, и стал тыкать магнитолу. Заиграла песня «Зверей», отчего пассажир сначала искривился, а потом сухо рассмеялся.

– Ничего другого не нашлось?

– Когда ты сегодня слушал на весь склад ремейки на попсу ещё более страшную, никто тебе и слова не сказал. Так что давай ты теперь потерпишь?

– Да, – улыбнулся Вадим и достал телефон. – Разрядил в ноль, но зато настроение хорошее… Пятничный вечер.

Можно и подумать о чём-то приятном. А ты всё ноешь и ноешь.

– О чём будешь думать?

– Странный вопрос, – признался Вадим. – Наверное, о своей девочке.

Виталик прыснул – скрипучим и задеревеневшим смехом.

– Ей уже под тридцать лет. Видал я твою торбу…

– Угомонись. Разве это главное? Или твоя бешеная красотка идеальна?

– В сравнении с твоей «девочкой» – ещё как…

Вадим не был из обидчивых людей, да и конфликты не любил раздувать на пустом месте. Конечно, сейчас повод внезапно нарисовался, но… Пятничный вечер.

Заиндевевшая дорога. Снег. Тьма кругом, разве хочется лаяться? Проще оставить это на потом – когда вот он покажет фотографию своей пассии, вот тогда-то можно и отыграться…

Снег валил всё это время и только лишь усиливался… Белая стена за окном давила на машину со всех сторон, даже лес теперь не был виден. Только лишь кусок серой колеи перед бампером, тянущейся вдаль и вдаль.

– Близко к «чээс»… – мрачно сказал Виталик.