Приказано ликвидировать, или Ода уничтожителю

 – Ты забыл заветы предков, ты посмел решить, что твоя жизнь стоит выше жизни животных, благодаря которым мы живём, одеваемся, питаемся. Они охраняют наши жилища, они дают нам мясо, молоко, шерсть, кость. Без них не было бы нас. Ты думаешь, что можешь брать и лишать жизни ради забавы?

Отрок глупый молчал, его мать плакала и причитала, но подойти не решалась. Двое селян рядом с ним крепко его держали за плечи, ничуть не страшась, что пуля может попасть в кого-то из них. По толпе собравшихся селян шелестел ропот, однако, практикант пока не понимал, одобрительный он или осуждающий.

– Я хоть и не старейшина, но что-то здесь решать могу. Поэтому я приговариваю тебя к расстрелу, сынок, – сказал воевода и щёлкнул предохранителем. Приговорённый резко заскулил на месте и попытался вырваться из рук селян, но хватка их была крепка.

– Пожалуйста! – завопила его мать и упала на колени. – Пощади ты его, Ратя! Ну он же ещё ребёнок! Какой расстрел! Какой расстрел?!

– Действительно, – после паузы сказал Ратибор и убрал пистолет.

Толпа облегчённо вздохнула. Даже сам практикант расслабился, надеясь, что ему не придётся наблюдать, как чьи-то мозги разлетаются по округе.

– Какой расстрел? – повторил Ратибор. – Забейте его. Как собаку.

Он резко развернулся и пошёл обратно в дом, игнорируя снова разнёсшийся плач той тётки в балахоне и крики мальчугана, которого потащили прочь те двое – лысый и блондин с конской шеей.

Солнце стало клониться к закату, удлиняя тени.

…

Солнце давно уже поползло вниз, поэтому стремительно приближающаяся ночь принесла с собой и пронизывающий холод. В такие моменты чувствовалось, что осень скоро перерастёт в зиму и это приносило уныние в спальные районы Мегаполиса, в отличие от его центра, где круглый год кипела жизнь, сверкая мириадами цветных вывесок.

– Чего вы не купите дом ближе? – внезапно спросил напарник, когда они въехали в тёмные кварталы ровных многоэтажек. Создавалось впечатление, что эти места с заходом солнца совершенно пустеют – не только тишина на улочках, но и тёмные окна домов. Как будто каждый местный житель боится чего-то и после захода солнца старается не подавать признаков жизни, чтобы не привлечь чей-то недоброжелательный взгляд.

– Не люблю суету, – тихо отозвался Венатор.