Приказано ликвидировать, или Ода уничтожителю

Но через несколько секунд дверь за собой с той стороны он всё же закрыл.

– Скоро тебе вколют немного успокоительного, – пообещал оставшийся санитар и наклонился к брыкающемуся пациенту так, что пот с его сального толстого лица капал на голову усмирённого, отчего тот начал брыкаться ещё сильнее, мыча, как раненый бык. – Однако пока я тебе пропишу несколько «кубиков», ты же не против… Помычи, если не против…

Он с размаху своим кулачищем врезал пациенту по животу. Звук удара напомнил удар по туго накаченному тракторному колесу – жёсткий, плотный, короткий.

– Ты мне хочешь что-то сказать? – спросил санитар и снова всадил удар по животу своему противнику. Такой же мощный, как и первый. Да, по практически неподвижному мешку бить много ума не надо.

– Вы что тут делаете? – неожиданно воскликнул кто-то в дверном проёме. Тоненьким

голосом, полным непонимания. – Отойдите немедленно от него!..

– Да ты что, юнец, – обернулся санитар, – этот тип при задержании троих убил, потом ещё двоих покалечил, уже здесь. И сейчас нам чуть не дал пи…

– Так! – пронзительно высоко крикнул молодой щуплый парень в наглаженном белом халате, под которым была серая рубашка и коричневый галстук. – Отойдите от больного, живо! Ему нужно лечение, он же болен!

– Ага, знаю я, чем он… – принялся недовольно бубнить санитар.

– Выйдете отсюда! – продолжал вопить доктор. Ну, или кто это был.

– Чёртов гуманист! – заорал неожиданно санитар, вмиг постарев лет на десять. – Мальчишка, у тебя сопли ещё до полу висят, командовать вздумал! Он тебе башку оторвёт, если освободится!

– Всё, разговор окончен, – отмахнулся парнишка. – Может, вы ему ребро сломали… – Он двинулся к психопату, будто не боялся того нисколько, только мелкая дрожь в руках выдавала его крайнюю неуверенность ни в чём.

– Да ты вообще не имеешь права приближаться к таким психам без главного психиатра, иди отсюда! – воскликнул санитар и шагнул между доктором и пациентом.

– Я напишу на вас докладную, если вы не выйдете сейчас, – сказал юнец, что пытался быть дерзким. Он понизил голос, чтобы совладать с дрожью и невнятностью.

– Хрен с тобой, – процедила детина и зашагала прочь.

Иратум смотрел на всё это с любопытством.