Последний бой героя

Ух, чародей! Умеет же он в голову залезть.

– Тебе нет нужды бояться меня, – заверил её Черномор. – Присядь, покушай. Ты моё кресло уже примерила на себя, и оно тебе подошло.

– Ни за что, – прошипела наследница княжеского престола.

– Я никогда не видел столько прекрасного и дикого создания сразу, – продолжал колдун. – Тебя не так просто укротить. Ты – настоящая царица, ты – настоящая стихия, Людмила!

Княжна присела на край одного из стульев, стоявшего через три от черноморского трона. Тот встал и медленно направился к ней, дабы не спугнуть.

– Ты только подумай, какая жизнь тебя ждёт… – Он стал ходить взад-вперёд, иногда наступая на свою же бороду. – Я брошу весь мир к твоим ногам. Ты не будешь ни в чём нуждаться. Только скажи, что тебе нужно!

– Я не хочу быть пленницей, – сказала Людмила после долгого раздумия, слушая мерный стук шагов колдуна. – А ты меня хочешь запереть.

– Да кто тебе сказал это? – воскликнул он, отчего ветер за окном снова беспокойно разыгрался.

– Не представляй ко мне своих головорезов, – сказала она строго.

– Каких головорезов?! – прогремел Черномор.

– Ну, вот этих вот громадных мужей в чёрных кольчугах, – сказала она. – Они такие странные…

– Это мои богатыри, – сказал он с гордостью. – Тридцать три, все, как на подбор! Они могут одолеть кого угодно! И их одолеть нельзя!

– Вот и пусть держатся подальше, мне их опека ни к чему! Да даже если я захочу убежать, я не смогу этого сделать – кругом скалы, – продолжала гнуть она, понимая, что, если ей удастся избавиться от назойливых преследователей, то полдела будет сделано.

– Хорошо, – согласился Черномор. – После свадьбы я вообще подарю их тебе. Будешь распоряжаться ими всеми!

– Не забудь им об этом сказать, – напомнила Людмила. – Есть я не хочу, пожалуй, пойду к себе…

Она встала, мельком глянув на его безобразное лицо, и просто пошла к выходу, понимая, что нельзя показывать этому колдуну слабину, иначе он быстренько на неё седло наденет.

Людмила вышла из зала, сразу за дверями которого толпились арапы и стояли те трое личных богатырей. Снова с безучастными лицами.

– Все свободны, – сказала она, пытаясь подпустить в голос властности. – Я иду к себе. И провожать меня не надо.

И затем медленно пошла по коридору, не оглядываясь, но прислушиваясь.