Последний бой героя

– Красивый, – сказал он и подхватил его под уздцы.

– Проходи, – сказал Степан, поднимаясь по крыльцу. Затем открыл толстую верандную дверь.

Поднявшись за ним, Руслан увидел двор, расположенный за избой. Даже одного мимолетного взгляда хватило понять, чей это двор. Огромный железный клин, большущая телега с колоссальными ржавыми колёсами, гигантская соха.

Пройдя широкую веранду, они сразу оказались в зале с высокими потолками. Время было к обеду, поэтому пышная девушка в бледно-красном раскидистом платье ставила глиняные горшки на деревянный стол.

Там была круглая варёная картошка, молоко, большие луковицы. Она была не рыжая, а светлая, почти белая.

– Ой, – выдохнула она, обернувшись. – У нас гости…

– Где Порфирий Львович? – спросил Степан. – Тут к нему от князя…

– Я не от… – попытался возразить Руслан, но девушка не обратила на это внимания.

– Отец пошёл к Лёньке, – ответила она.

– Благодарю, душа моя, – сказал Степан. – Пошли, воин.

«Ага, венчанные», – подумал Руслан, чувствуя, как защемило в груди.

Эх, пока он тут расхаживает, мало ли что могло произойти с его возлюбленной! Олежка был братом Степану, а Степан был мужем этой девушки, а эта девушка была дочерью Порфирия Львовиа, а Лёнька…

– Это даже хорошо, что он у Левши, – сказал Степан, как бы извиняясь, когда они вышли во двор. – Олежка, коня!..

– Кто такой Левша?

– Кузнец наш, муж Василины, – ответил Степан, напряжённо пытаясь выискать Олежку с чужим конём.

– А Василина?..

– А Василина это дочь Порфирия Львовича и сестра Настасьи Порфирьевны, моей благоверной.

Вот ты где! Быстрее, сюда!

– Далеко кузня отсюда? – спросил Руслан, перехватывая узду у подоспевшего бутуза.

– Я тебя выведу через другие ворота, и ты сразу увидишь её. Она около реки. Левша на все руки мастер, что только не куёт! И плуги, и кольчуги, и рукавицы…

Руслан взобрался на коня и посмотрел на солнце. Было уже позднее утро.

– Веди же, – сказал витязь Степану. Тот махнул рукой и спешно пошёл по улице.

Когда они прошли метров двести мимо телег, копен свежескошенной травы, мешков с мукой, стараясь не сшибить идущих навстречу деревенщин, то оказались около ещё одних ворот. Стоявший здесь бородач в смешном треугольном шлеме и пожухлой посеревшей кольчужке торопливо открывал занозливый запор.

– Смотри, – показал Степан. Впереди было поизъеденное бестравное поле, на котором паслись пёстрые и палевые бурёнки. Они с интересом воззрились на руслановского коня.