Драконья Десница: Подземная канцелярия

Как говорится, сказано – сделано, поэтому некогда аристократичного вида молодой человек, сейчас выглядящий как княжеский сынок после хороший попойки, сконцентрировался. Он напрягся всем телом и снова стал представлять морской берег, но у него ничего не выходило – слишком жарко, придётся раздеться.

Только он снял своё пальто, как резко остановился – в его воображении всплыл тот красноголовый, подмигивающий ему. Хорошо хоть губы не облизал.

«Ну, Вирго, просыпайся», – подумал воин, готовясь разбудить провалившуюся в мир иллюзий сестрицу.

***

Канцер упал на бок, как только принцессу забрали у него. Он был в напряжении всё это время, каждый мускул его мощных рук и широкой спины неустанно держал Фелицию, не давая ей упасть ещё и под копыта скакунов. Конечно, он много ругался, и импровизированную повозку пришлось несколько раз останавливать, чтобы он передохнул от этой ноши, но тот отказывался, дабы не упускать время.

Воитель воды же лежал у лекарского шатра в Столице и жадно вдыхал свежий воздух, хотя со стороны он напоминал варёного рака – неподвижный, мокрый и пышущий жаром. Но он был синим, а значит, речным, так что вряд ли его кто-нибудь стал бы есть.

Неожиданно из шатра вышел Мидас – бледный, как мел.

– Всё нормально, – поспешно сказал он, жестом остановив Канцера, который уже собрался подпрыгнуть.

– Чёртова девчонка! – крикнул воин и, шатаясь, как пьяный, поднялся. – Кто её просил убегать? Долбанная истеричка! – Он дал волю своим эмоциям и Мидас его не винил. Но когда бледный витязь со взглядом горящим снова заговорил, тема была уже другая. – С бабой той говорили, откуда она взялась вообще? Как в петлю попала?

– Говорили, – ответил Мидас.

– Да, я так и знал! – крикнул Канцер. – Она ещё тогда мне показалась странной! Шпионка!

– Нет, она просто глухая, – сообщил Мидас. – Давай лучше пройдём в Храм, если ты можешь идти.

Канцер просто кивнул, брызнув потом в лицо казначея. Этот самый человек пока оставался начальником за всеми этими людьми, горожанами, гвардейцами, школьниками, в конце концов.