Драконья Десница: Подземная канцелярия

То ли могущественного демона, то ли ещё кого, который занимался тем, что сеял бунты и беспорядки. Как его звали? Артиллерист? Нет, но весьма

похоже. Может, Артист? Альпинист? Апельсин?! Нет, тоже не то. Ах, ну да – Анархист! У

него ещё волосы были такие оранжевые, как апельсин, он свои пятиконечные звёзды любил рисовать при каждом удобном случае. Что с ним стало – неизвестно, но Керберос никогда не любил рассказывать о своей прежней жизни. Часто он пропадал неделями где-то, пока Амадей не взывал к нему, чтобы тот опустошил деревню-другую или разогнал охотников, собирающихся поджарить их хладное семейство…

– Не шевелись, – резко сказал Константин, уцепившись руками за свой инструмент так крепко, как будто боялся его уронить внутрь.

Ну, можно уже и не переживать. Теперь их земля сожжена, а птичка, приведшая ко всему этому, где-то разгуливает. Но Викториан хотел её найти и подрезать ей крылышки. Он знал, что один не справится, но, может быть, это светило медицины знает, как можно справиться с Керберосом? Вроде, он штопал его чаще других.

– Ну вот, держи, – через некоторое время сказал полуэльф-полупаук. – Выпей эту гадость… Знаешь, как она полезна для вашего брата? Да пей-пей, я тебе плохого не посоветую. И вот тебе челюсть, настоящая, правда, она железная и к ней надо попривыкнуть, но ты ведь сам знаешь, что голод не тётка, а родная мать, да…

Викториан оценивающе смотрел на бубнящую махину перед собой.

– Давай, пей, – настоял лекарь. – И держи, ночью уже опробуешь в деле. И ложись спать, что ты сидишь? Утро уже в самом разгаре.

***

– Нет, тебе показываться на глаза ему нельзя ни в коем случае, – решительно сказал Брат Писцес, когда орлица рассказала ему, зачем тут появилась. Они сейчас были в Бухте, и этот воин никак не мог нормально усесться на стул, поэтому ёрзал без остановки, будто подхватил геморрой.

– Почему вы все тут такие упёртые?! – всплеснула руками аристократка, которая уже совсем не походила на неё. Ей подыскали какую-то мешковатую рыбацкую одежду, естественно, так пропахшую рыбой и морской солью, что едва не выворачивало желудок. Но она была молодцом и держалась весьма неплохо.