Стрэнжвилл. Книга первая

– Нет! Ты, кажется, не понял о чём я! – загадочно намекнула.

– Не совсем… – недоумевая, ответил он.

Я наклонилась и закатала штанину по колено. На коже от раны, осталась только запёкшаяся кровь. Джейсон долго присматривался к ноге и ничего не мог понять. Или делал вид, что не понимает ничего.

– А где рана? – поинтересовался он.

– Меня тоже интересует этот вопрос! – загадочно ответила я, – а вот у тебя, – заподозрила я, – есть рана на тыльной стороне ладони, где ты её поранил?

– Ветки вытаскивал и порезался о засохший сучок! – ответил он, спрятав руку в карман штанов.

– Да неужели?! Вчера вечером на меня напал огромный зверь, а если быть точнее – оборотень-волк, где-то трёхметровой высоты, с огромными клыками и мощными когтями в старом парке, – с подозрением намекала я.

– Какой ещё оборотень? И что ты хочешь этим сказать? – усмехнулся он испуганно.

– А то, что между тем чудовищным оборотнем и тобой есть кое-что общее… – пригрозив, намекнула я.

Джейсон осторожно отдалился от меня и попятился к двери.

– И знаешь, что это? – спросила я угрожающе.

Джейсон замер на месте и отвернувшись лицом к двери, взялся за ручку.

– Твой медальон. Он блеснул так ярко, что его тяжело было перепутать с чем-либо другим! – сказала я, поднявшись с кресла, – медальон, форма которого копия лапы зверя, напавшего на меня вчера!

– Ты заблуждаешься! – сказал, взволнованно дыша Джейсон.

– Если я заблуждаюсь то, где же твой медальон? – это был вопрос-ловушка.

Джейсон, машинально опустил взгляд, посмотрел на свою грудь и замешкавшись, развернулся. Я медленно достала из кармана изорванной куртки медальон и подняла его в воздух.

– Ты его обронил в тот момент, когда выскочил из кустов, через которые я пыталась сбежать.

– Как он оказался у тебя? – нервно дыша, спросил Джейсон.

– Когда ты сбросил крышу, мне в ногу воткнулся огромный осколок стекла, я вытащила его, но после обильного кровотечения лежала под завалами и мёрзла, а затем потеряла сознание… – недовольно сказала я.

Джейсон растерянно рассматривал моё каменное лицо от гнева.

– И что было потом? – осторожно спросил он.

– А потом я очнулась и увидела, что рана зажила.