Перси Джексон и проклятие титана

Охотницы вскинули на плечи свои рюкзаки, подхватили луки и направились к домикам. Бьянка ди Анджело, перед тем как уйти, наклонилась к брату и что-то шепнула ему на ухо. Она посмотрела на него, ожидая ответа, но Нико только насупился и отвернулся.

– Осторожнее, цыпочки! – крикнул Аполлон вслед Охотницам. Он подмигнул мне: – Берегись пророчеств, Перси. До скорого!

– Что вы имеете в виду?

Но он не ответил и запрыгнул в автобус.

– Пока, Талия! – крикнул он. – И, это… всего хорошего!

И лукаво улыбнулся ей, как будто знал что-то, чего она не знала.

Потом закрыл двери и завел мотор. Я отвернулся, когда солнечная колесница взмыла в небеса, пахнув жаром. Когда я снова посмотрел на озеро, от него валил пар. Красный «Мазерати» парил над лесом, сияя все ярче и поднимаясь все выше, пока не исчез в солнечном сиянии.

Нико все еще выглядел сердитым. Интересно, что такое сказала ему сестра?

– Кто такой Хирон? – спросил он. – Его фигурки у меня нет.

– Наш исполнительный директор, – сказал я.

 – Он… ну, увидишь.

– Раз этим девчонкам-Охотницам он не нравится, значит, он нормальный мужик! – буркнул Нико. – Пошли.

Второе, что удивило меня в лагере, – это то, как там пусто. Ну, то есть я знал, что большинство полукровок приезжают только на лето. Сейчас тут должны были остаться только круглогодичники – те, у кого нет дома, куда можно вернуться, или те, на кого будут слишком часто нападать чудовища, если они покинут лагерь. Но даже их тут, похоже, было совсем немного.

Я увидел Чарльза Бекендорфа из домика Гефеста. Бекендорф разжигал горн рядом с лагерной оружейней. Братья Стоул, Тревис и Коннор из домика Гермеса ковырялись в замке нашей лавки. На опушке несколько ребят из домика Ареса играли в снежки с лесными нимфами. Вот, собственно, и все. Даже моей старой соперницы, Клариссы из домика Ареса, не было видно.

Большой Дом был украшен гирляндами красных и желтых огненных шариков, которые обогревали крыльцо, но при этом ничего не поджигали. Внутри в очаге трещало пламя.

Пахло горячим шоколадом. В комнате отдыха мистер Ди, директор лагеря, тихо играл в карты с Хироном.

Каштановая борода Хирона на зиму сделалась длиннее и гуще. Курчавые волосы тоже отросли. В этом году он не изображал школьного учителя и, видимо, мог себе позволить ходить, как ему удобно. На нем был пушистый свитер с узором в виде следов от копыт, а на коленях у него лежало одеяло, под которым инвалидной коляски было почти не видно.