Монстролог. Дневники смерти (сборник)

Мои руки вибрировали при каждом ударе, и я крепко сжимал зубы, чтобы случайно не прикусить себе язык.

– Отлично, еще разок – и сойдет. Хочешь попробовать стукнуть, Уилл Генри?

Он протянул мне молоток.

– Не думаю, сэр, что смогу даже поднять этот молоток, – честно ответил я. – Он же размером с меня.

– Хмм… А ты маловат росточком-то для своего возраста. Сколько тебе, десять?

– Двенадцать, сэр.

– Двенадцать?!

– Надо будет поговорить с Пеллинором. Он морит тебя голодом.

– Я сам готовлю, сэр.

– Почему меня это не удивляет?

Он стукнул по штырю еще раз, отставил молоток и потянул за штырь двумя руками, кряхтя от напряжения.

– Нормально, – сказал он задумчиво. – Сколько ты весишь, Уилл?

– Не знаю точно, сэр. Семьдесят пять или восемьдесят фунтов.

Он покачал головой:

– На Уортропа надо подать в суд. Ладно.

Он продернул свободный конец веревки сквозь «ушко» столбика и завязал ее каким-то сложным узлом. Потом велел мне взять другой конец – тот, к которому прикреплялась цепь, – и идти к деревьям, пока веревка не натянется.

– Теперь дерни за веревку, Уилл! – крикнул он. – Дерни изо всей силы!

Он стоял, упершись одной рукой в бок, а другой поглаживая свои прозрачные усы, и смотрел, какой эффект оказывает дерганье веревки на металлический столбик. Я тянул изо всех сил, ноги мои скользили по мокрой липкой грязи. Он махнул мне, что достаточно, поднял молоток и еще раз сильно стукнул по штырю. Потом подозвал меня взмахом руки.

– Веревка длинновата, Уилл Генри, – сказал он.

Он развязал узел, приподнял одну брючину и извлек длинный охотничий нож из-под ремня, стянутого на икре. Он укоротил веревку примерно на два фута, обрезав ее – а она была толстая и крепкая – так легко, словно нитку.

– В том же чемодане у меня лежат три связки деревянных кольев, Уилл Генри, давай сбегай и притащи их.

Я кивнул и бросился за кольями, хотя и так уже тяжело дышал от усилий с веревкой. Добежав до чемоданов, я обнаружил Уортропа и констебля все там же, и между ними разгорался яростный спор, хотя они говорили шепотом.

– Обязательное расследование! Тщательное следствие! Я не могу быть связан словом, данным под давлением и по принуждению, Уортроп!

Когда я вернулся, Кернс сверялся с промокшим планом на своем листочке, отмеряя шагами расстояние от центра – столбика – до границ «Кольца забоя».