Монстролог. Дневники смерти (сборник)

Как видите, джентльмены, хотя мы и не можем приписывать каждый случай нападению Антропофагов, в целом линия их продвижения прослеживается – и это путь в Новый Иерусалим.

Все слушали молча. Морган посасывал трубку, которая давно погасла, и рассматривал карту сквозь опущенные стекла очков. Кернс издал непонятный смешок и теперь поглаживал тонкие усы большим и указательным пальцами. Уортроп продолжал; голос его был таким же, как всегда – сухим, бесстрастным, словно он читал лекцию. Он говорил о том, что понимает: маловероятно, что за двадцать четыре года миграции никто не обратил внимания на эти загадочные исчезновения и смерти, но, так как другого разумного объяснения нет, все, видимо, так и было.

Тут Кернс перебил его:

– У меня есть другое объяснение.

Уортроп оторвался от карты:

– Другое что?

– Разумное объяснение.

– С удовольствием выслушаю его, – сказал Доктор, хотя было совершенно ясно, что никакого удовольствия это ему не доставит.

– Прости меня за наглость и бесцеремонность, Пеллинор, но твоя теория – это полная чушь.

– А у тебя что за теория? Они сели в поезд?

– Это я сел в поезд, Пеллинор. Их вид транспорта был несколько более частным.

– Я не понимаю, – сказал Морган.

– Да все же яснее ясного, констебль! – сказал Кернс со смешком. – Любой ребенок поймет. Держу пари, Уилл уже давно все понял. Что скажешь, Уилл? Какова разгадка?

– Я? Что скажу я?

– Ты – умный мальчик.

Кончики ушей у меня загорелись, и я сказал:

– Ну, я думаю, сэр…

Все трое повернулись и уставились на меня. Я сглотнул комок в горле и продолжал:

– Они здесь, это очевидно, и они должны были как-то сюда добраться, а это значит, что либо они добрались сюда сами и никто этого не заметил, либо… либо…

– Так, так, очень хорошо, Уилл Генри, продолжай. Либо – что? – спросил Кернс.

– Либо кто-то все-таки знал.

Я смотрел в пол. Взгляд Доктора был особенно неприятным.

– Вот именно, – кивнул Кернс. – И этот кто-то знал, потому что именно он организовал их прибытие из Африки в Новую Англию.

– О чем ты, Кернс? – требовательно спросил Уортроп, забываясь, так как разговор начал принимать опасный поворот.

– Кернс? – спросил Морган. – Я думал, его зовут Кори.

– Кернс – мое второе имя, – нашелся бывший хирург, – по материнской линии.