Тёмное пророчество

Куда мне до них!

Как говорится, помяни демона – и он появится: дверь рядом с кладовкой распахнулась, и вбежал Лео, торжественно держа над головой круг сыра словно лавровый венок победителя.

– УЗРИТЕ ЧЕДДЕР! – провозгласил он. – ДА ЗДРАВСТВУЮТ ПОКОРИТЕЛИ СЫРА!

Позади него весело смеялась Джозефина, тащившая металлическое ведро:

– Похоже, Лео понравился коровам.

– Да, abuelita, – отозвался Лео. – Все коровы без ума от Лео! – он улыбнулся мне. – Чувак, у них все коровы рыжие. Прямо… ярко-рыжие!

После такого я и впрямь чуть не разрыдался.

Рыжие коровы – мои любимые. Сотни лет я держал стадо священных красных коров, пока коллекции крупного рогатого скота не вышли из моды.

– Мы держим их только для молока, – тут же добавила Джозефина. – Не забиваем.

– Надеюсь, что нет! – возмутился я. – Убить рыжую корову – святотатство!

Мои слова, по-видимому, не произвели на нее особого впечатления.

– Это да, но вообще дело в том, что двадцать лет назад Эмми заставила меня отказаться от мяса.

– Потому что забочусь о тебе, – проворчала Эмми.

 – Ты больше не бессмертная и должна думать о своем здоровье.

– А как же чизбургеры? – пробормотала Джо.

Лео плюхнул сырный круг на стол передо мной:

– Отрежьте-ка мне кусок, любезный. Да поживее!

Я бросил на него грозный взгляд:

– Не испытывай мое терпение, Вальдес. Когда снова стану богом, превращу тебя в созвездие и назову его «Мелкий взрывоопасный латинос».

– Круто! – он так хлопнул меня по плечу, что у меня в руке задрожал нож.

Неужто никто больше не страшится гнева богов?!

Пока Эмми пекла хлеб – который, должен признать, источал потрясающие ароматы, – я сделал салат из моркови, огурцов, грибов, помидоров и всего остального, что выросло у них на крыше. Калипсо из свежих лимонов и тростникового сахара приготовила лимонад, напевая песни Бейонсе из одноименного альбома. (Пока мы летели в Индианаполис, я взял на себя смелость познакомить Калипсо с поп-музыкой трех последних тысячелетий.)

Лео резал сыр, распространяя запахи на всю кухню (понимайте, как хотите).

Чеддер оказался ярко-оранжевым внутри и довольно вкусным. Джозефина занялась десертом, заявив, что это ее конек. Она испекла бисквитный торт со свежими ягодами, красным сливочным кремом и украсила его безе, которое слегка подрумянила сварочной горелкой.

Понурый Агамед забился в угол под самым потолком кухни, держа магический шар словно приз за третье место в конкурсе для троих.

Наконец мы сели обедать.