Перси Джексон и похититель молний

Когда мы немного отошли, Аннабет заявила:

– Джексон, возьми уже себя в руки.

– Чего?

Она закатила глаза и пробормотала:

– Поверить не могу, что подумала, будто ты тот самый.

– Да чего ты прицепилась?! – я начал злиться. – Я знаю только, что убил какого-то полубыка…

– Прекрати! – велела Аннабет. – Знаешь, сколько ребят из лагеря мечтают о такой возможности?

– Возможности помереть?

– Возможности сразиться с Минотавром! Как думаешь, зачем нас тренируют?

Я покачал головой:

– Слушай, если тварь, которую я убил, и правда была Минотавром из мифов…

– Именно.

– То он такой один.

– Именно.

– Но он ведь умер кучу лет назад! Тесей убил его в лабиринте. Значит…

– Монстры не умирают, Перси. Их можно убить. Но они не умирают.

– Спасибо. Сразу стало все понятно.

– У них нет души, как у тебя и у меня. Можно лишить их тела на какое-то время, если повезет – даже на век. Но это древние силы. Хирон называет их архетипами. В конце концов они снова воплотятся.

Мне вспомнилась миссис Доддз.

– Значит, если я случайно зарубил одну такую тварь мечом…

– Фур… то есть учительницу математики? Да. Она по-прежнему существует. Ты ее просто очень разозлил.

– Откуда ты знаешь про миссис Доддз?

– Ты разговариваешь во сне.

– Ты хотела назвать ее по-другому. Фурия? Они ведь палачи Аида, так?

Аннабет с опаской взглянула на землю, будто та могла в любой момент разверзнуться и поглотить ее.

– Не стоит произносить их имена даже здесь. Если приходится говорить о них, мы зовем их Милостивыми.

– Слушай, можно сказать хоть что-нибудь, после чего в небе не будет громыхать? – Вышло жалобно, но в тот момент мне было уже плевать. – И почему я вообще должен жить в одиннадцатом домике? Почему туда набилось столько народа? Вон же пустые домики. – Я указал на несколько первых домиков, и Аннабет побледнела:

– Нельзя просто взять и выбрать домик, Перси. В них распределяют в зависимости от того, кто твои родители. Или… родитель. – Она помолчала, давая мне время переварить.

– Моя мама – Салли Джексон, – сказал я. – Она работает в магазине конфет на Центральном вокзале. То есть работала.

– Мне жаль, что с твоей мамой такое случилось, Перси. Но я говорила не об этом. Речь о твоем втором родителе. О твоем отце.

– Он умер. Я его никогда не видел.

Аннабет вздохнула. Ей явно не раз приходилось объяснять все другим новичкам.

– Твой отец не умер, Перси.

– С чего ты так решила? Ты его знаешь?

– Нет, конечно, не знаю.