Перси Джексон и похититель молний

Он стал похож на приодевшегося в секонд-хенде моржа, только без бивней. Свои три волосины он старательно прилизал на лысине, как будто это делало его хоть сколько-нибудь симпатичней.

Он работал менеджером в магазине электроники в Куинсе, но по большей части просто сидел дома. Понятия не имею, почему его давным-давно не уволили. Он только и делал, что получал зарплату и спускал деньги на сигары, от вони которых меня тошнило, и, конечно, на пиво. Куда без пива-то? Стоило мне прийти домой – он требовал с меня деньги на ставки.

Говорил, что это наш «мужской секрет», намекая, что если я расскажу маме, он даст мне в глаз.

– Нет у меня никакого бабла, – ответил я.

Он поднял сальную бровь.

Гейб чуял деньги как пес, что странно, потому что его собственная вонь перекрывала все запахи.

– Ты ехал на такси со станции, – сказал он. – Наверняка платил двадцаткой. Должно было остаться шесть-семь баксов сдачи. Если хочешь жить в моем доме, ты должен вносить свою лепту. Верно я говорю, Эдди?

Во взгляде, брошенном на меня Эдди, управляющим домом, промелькнуло сочувствие.

– Ладно тебе, Гейб, – проговорил он. – Парнишка же только приехал.

– Верно я говорю? – повторил Гейб.

Эдди хмуро уставился в миску с крендельками. Два других мужика одновременно испортили воздух.

– Ладно, – сказал я, вытащил деньги из кармана и швырнул их на стол. – Желаю проиграть.

– Твои оценки пришли, умник! – крикнул он мне вслед. – На твоем месте я бы не хамил.

Я захлопнул дверь в свою комнату, которая и моей-то по-настоящему не была.

Во время учебы это был «рабочий кабинет» Гейба. Он ни над чем не работал, только читал старые журналы об автомобилях, но ему нравилось запихивать мои вещи в кладовку, оставлять свои грязные ботинки у меня на подоконнике и делать так, чтоб моя комната насквозь провоняла его мерзким одеколоном, сигарами и застоявшимся пивом.

Я забросил чемодан на кровать. Дом, милый дом.

Вонь Гейба была едва ли не хуже кошмаров о миссис Доддз и звука, с которым та старушка перерезала шерстяную нить.

Едва подумав об этом, я почувствовал, что у меня подкашиваются ноги. Я вспомнил испуганный взгляд Гроувера и его мольбы не ехать домой без него. Я почувствовал холодок в воздухе. Было такое ощущение, что кто-то – или что-то – ищет меня прямо сейчас, возможно, уже топает по ступенькам, отращивая жуткие длинные когти.

А потом я услышал мамин голос:

– Перси?

Она открыла дверь, и мои страхи растаяли.