Магнус Чейз и боги Асгарда. Книга 3. Корабль мертвецов

 – Надеюсь, твои слова и впрямь окажутся дельными!

– Еще какими дельными! – заверил я, незаметно проверяя ширинку и выясняя, что она вполне себе застегнута. – Наш отряд отправился в плавание, чтобы призвать к ответу Локи! Он избавился от пут, однако мы намерены отыскать его корабль Нагльфар до летнего солнцестояния, пока он не отплыл из гавани. Мы захватим Локи и приведем его назад в оковах. Помогите же нам и тем самым воздайте Локи за ту позорную перебранку!

Из-под панамы Эгира вырвались клубы пара, словно где-то у него в голове лопался попкорн.

– Как смеешь ты вспоминать о том бесчестии?! – возмутился морской бог. – Здесь, за этим самым столом, где все и случилось!

– Я знаю, Локи победил в перебранке! – заорал я в ответ. – Отделал вас под орех! Он всех тут оскорбил – и богов, и хозяина. И даже ваш мед! Но мы тоже можем отделать Локи! Мы ему отплатим за все! Я… я сам брошу вызов Локи!

Сэм спрятала лицо в ладонях. Алекс поднял глаза к потолку и пробормотал:

– Ни фига себе. Только не это.

Все друзья уставились на меня в полном ошеломлении, как будто я сорвал чеку с гранаты. (Я один раз попробовал сделать это на поле боя в Вальгалле – просто не знал, как действует граната. Тогда все кончилось плохо – и для гранаты, и для меня.)

Эгир вдруг сделался тих, как покойник. Он подался ко мне, блеснув стеклами в золотой оправе:

– Ты, Магнус Чейз, намерен вызвать Локи на перебранку?

– Да, – подтвердил я. Несмотря на столь бурную реакцию друзей, мне казалось, это единственный возможный ответ.

Эгир погладил бороду, наткнулся на бобовый росток, выковырял его и отбросил прочь.

– Тебе ли тягаться с Локи? Ни один из богов не сравнится с ним в искусстве перебранки. Тебе понадобится некое тайное оружие, некие особые нотки…

«Очевидно, фруктовые», – пронеслось у меня в голове, и откуда-то я снова знал, что так оно и есть. Я выпрямился и изрек своим самым что ни на есть геройским голосом:

– Я воспользуюсь медом Кевина!

Алекс присоединился к клубу Самиры «Глаза бы мои не глядели на этот срам».

Эгир прищурился:

– Ты о меде Квасира?

– Да! – не моргнув глазом, отозвался я. – О нем!

– Быть того не может! – возразила Кольга, чьи губы окрасились в шесть цветов снежной мороженки. – Папочка, это враки!

– И, великий Эгир, – не сдавался я, – если вы отпустите нас, мы доставим вам… э-э-э… немного меда Квасира для образца.