Магнус Чейз и боги Асгарда. Книга 2. Молот Тора

Одежда ее была изодрана в клочья, лицо представляло собой кошмар из рваных ран и укусов.

К несчастью, первый зверюга все же сумел очухаться и взвыл с такой силой и яростью, что голос его, рикошетя эхом от стен домов, понесся по переулку. Мне стало ясно: вот он, тот самый вой, из-за которого я упустил на крыше козлоубийцу!

Два уцелевших волка бросились вместе на Алекс. Их голубые глаза сверкали от ненависти. Она скользнула рукой под завязанный вокруг бедер свитер. Теперь я понял, зачем она таким образом его носит.

– Ну, действуй же! – кинула она нож бездомному. – Помоги мне!

Нож пролетел по асфальту. Старик попятился от него, продолжая цепляться двумя руками за свою тележку.

Волки стремительно надвигались на Алекс. Она наконец-то решила стать кем-то, кто превышал их размерами. То ли буйволом, то ли медведем. Определить было трудно. Ей уже не хватало энергии для таких превращений, и, сбитая волками с ног, она вернулась в обличье человека.

Билась она отчаянно, накинув одному волку на шею гарроту, а другого пиная ногами. Но силы ее убывали. Самого крупного волка она задушила. Он рухнул, подмяв ее под себя. И в это время последний зверюга вцепился ей в горло. Она попыталась его задушить, но глаза ее уже застила мутная пелена, а руки не слушались.

Старик, подняв нож, двинулся потихоньку к последнему волку и с потрясенным воплем, будто не веря сам, что он это делает, вогнал ему лезвие в спину. Монстр упал мертвым. Старик шарахнулся в сторону.

Старик бросил нож и, громко всхлипывая, пустился бежать.

План на видео укрупнился. Самира, спустившись к павшей воительнице, простерла к ней руку. Из разбитого тела Алекс выплыл сияющий золотом дух, лицо которого сразу нахмурилось. Он явно был раздосадован столь внезапным призывом.

На этом ролик и кончился. Спор Алекс с Сэм, закончившийся фингалом под глазом, и дебош, устроенный новенькой по прибытии в Вальгаллу, остались за кадром. То ли в камере у Самиры иссяк заряд, то ли она сознательно прекратила съемку, не желая снижать впечатления от героизма своей подопечной.

Трапезная погрузилась в столь полную тишину, что стало слышно, как пламя потрескивает во множестве факелов. А затем эйнхерии взорвались овациями.