Магнус Чейз и боги Асгарда. Книга 2. Молот Тора

Вот только лицо его, совершенно утратив обычную жизнерадостность, выражало растерянность и страдание, словно на него только что обрушилась какая-то ужасная весть.

– Сэм, я не понимаю, – говорил он. – Я ведь люблю тебя.

Народ в трапезной хором охнул.

– Заткнитесь! – рявкнула Сэм.

Зал ответил ей громовым хохотом.

Она уже едва сдерживалась от слез, но все же сообразила сделать то, что еще было можно. Видео замелькало в ускоренной перемотке. Сэм пилит по воздуху на встречу со мной в «Мыслящей Чашке», а затем, получив ту самую эсэмэску с кодом 381, устремляется вон из кафе, летит через парк Даунтаун-Кроссинг, затем снижается по спирали и зависает над тупиком между зданиями двух заброшенных театров.

Сэм снова пустила видео в нормальном режиме. Место, над которым она находилась, я прекрасно знал. Сразу за углом приюта для бездомных. Чудненький такой темненький тупичок. Если вам вдруг приспичило, чтобы вас ограбили, избили или убили, лучшего уголка не сыщете во всем Бостоне.

Ну, а в момент, когда туда прибыла Самира, тупичок этот превратился в лучшее место для нападения разъяренных волков на беззащитного человека.

Три огромных зверюги загнали в угол к задней стене бездомного, и единственным, что его еще отделяло от них, была тележка из магазина «Рош-Бразерз», доверху наполненная пустыми банками, которые этот несчастный, видимо, вез сдавать в пункт переработки.

Съеденный ужин внутри у меня встал колом. Волки всегда возвращали меня к кошмарным воспоминаниям о гибели мамы. Даже вполне обычные мидгардские волки.

Но эти-то, в тупике, были совсем не обычные. Каждый размером с лошадь, глаза человеческие, губы растянуты в глумливых усмешках. Шерсть их окутывал синий фосфоресцирующий туман, всполохами освещающий стены. Словом, все в них свидетельствовало, что это дети Фенрира. Пружиня на лапах, они расхаживали возле жертвы, алчно втягивая ноздрями витающий в воздухе запах страха.

– Назад! – пытаясь их оттолкнуть тележкой, хрипел старик. – Говорю же вам: не хочу. Не верю я в это.

Эйнхерии в трапезной осуждающе загудели, и я понял, в чем дело.

Некоторые из современных людей-полукровок, рожденных от древнескандинавских богов и богинь, не принимали назначенную им судьбу. Они отворачивались как от существования Девяти Миров, так и вообще от всего необычного, что с ними происходило. Встретив монстров, они не пытались сразиться с ними, а попросту убегали и прятались. Все странности своей жизни подобные люди списывали на нарушение психики.