Осторожно, детка!

Матвей не выдержал, схватил, пощекотал ей бока, снова сказал «Лиза, я тебя съем!», но сразу отпустил.

Девушка убежала в ванную, сердце ее радостно стучало.

Все у них прекрасно. Жизнь остается почти такой же, и даже лучше, веселей. Пусть и он тоже делает, что хочет, это даже интересно!

Нанося у зеркала тон и блеск для губ, Лиза еще раз улыбнулась от одной только мысли о животных инстинктах. Сейчас она не представляла, как могла жить без таких поцелуев почти до восемнадцати лет. … И без его сильных и теплых объятий… да и просто, без него.

Несколько рабочих дней пролетели незаметно. Учиться Лизе ужасно нравилось, а еще нравилось выходить из института и видеть Матвея возле машины. Ей завидовали однокурсницы, а некоторые девушки считали, что Лизка недостойна такого классного парня, потому, что… неухожена, без стильного маникюра и вообще, слишком по-детски выглядит со своими пушистыми волосами. Это ее немного расстраивало, потому, что она знала, какой яркой может быть с макияжем, даже неузнаваемой, но считала, что в обычные дни не стоит привлекать к себе излишнее внимание.

Вечерами Матвей ненадолго уезжал на работу, привозил вкусную еду, свежие цветы. Они вместе валялись на диване, читали, смеялись, иногда целовались, после каждого поцелуя он Лизу щекотал, гладил, иногда серьезно говорил: «Пора меня укусить, или я за себя не отвечаю».

Когда приезжали в гости подруги, девушка слышала восторженные комплименты Матвею от Эммы, которая была восхищена его внешностью и говорила Лизе о том, какой он красивый, просто мечта.

Эльза звонила каждый день, но этих разговоров Лиза не слышала, и не знала, что Матвей скрывает их жизнь вместе. Успокаивает, что девчонка давно уже неизвестно где и всё забыла, потому что … ничего не было.

А в субботу утром они вместе поехали в фитнесс центр, где он каждый день «поднимал железо», пока Лиза в институте.

– Ты умеешь плавать, красавица? – Матвей с удовольствием рассматривал девушку. Он уже услышал от тренера, что такой девочке не стоит увлекаться и портить прекрасные формы излишним рельефом.