Гробница тирана

Как же вам объяснить, что со мной происходило…

Бывало ли с вами такое, что какие-то воспоминания полностью вытеснялись из вашей памяти, потому что были слишком мучительными и постыдными? Знаете, когда сознание дистанцируется, стараясь убежать от пережитого ужаса, вопя «нет-нет-нет», а потом наотрез отказывается возвращаться к этим воспоминаниям?

Именно таким воспоминанием была для меня Рейна Авила Рамирез-Ареллано.

О да, я знал, кто она такая. Мне были известны и ее имя, и ее репутация. Я прекрасно понимал, что нам придется встретиться с ней в Лагере Юпитера.

Но слабый человеческий мозг не желал делать главного – признавать связи двух фактов: ведь эта Рейна была той самой Рейной, лицо которой мне когда-то давно показала одна вредная богиня любви.

«Это она! – вопил мой мозг, когда я предстал перед ней во всем великолепии – пухлый и прыщавый, прижимающий к животу окровавленное платье. – Ух ты, да она красотка!»

«Теперь ты ее узнал? – мысленно крикнул я в ответ.

«Но ты же помнишь, что сказала Афродита? – настаивал мозг. – Ты должен держаться подальше от Рейны, иначе…»

«Да помню я! Заткнись!»

Вы ведь тоже так разговариваете со своим мозгом, правда? Это же абсолютно нормально, да?

Рейна и впрямь была красивой и внушала уважение. Ее доспехи из имперского золота покрывала пурпурная мантия. На груди сверкали военные медали. Хвост из темных волос был перекинут через плечо словно кнут, а обсидиановые глаза смотрели так же пронзительно, как глаза орлов, кружащих над нашими головами.

Наконец я сумел отвести от нее взгляд. От унижения у меня горели щеки. Мне казалось, что я снова слышу, как боги смеются после страшного предсказания Афродиты, что случится, если я осмелюсь…

ДИНЬ! Именно в этот момент зарядный механизм в манубаллисте Лавинии решил взвестись еще чуть-чуть, чем привлек к ней всеобщее внимание.

– Э-э… в общем, – запинаясь, начала она, – мы стояли на посту, и я увидела, как с дороги вылетел катафалк…

Рейна остановила ее, подняв руку.

– Центурион Левеск, – сказала она сдержанно и устало, словно мы не были первыми, кто явился в лагерь с гробом, – докладывайте.

Хейзел бросила взгляд на тех, кто помогал ей держать гроб, и вместе они аккуратно опустили его на землю.

– Преторы, – сказала Хейзел, – мы спасли этих путешественников на границе лагеря. Это Мэг.

– Привет, – кивнула Мэг.