Цвет тишины. Часть 2

Проснулась уже дома в своей спальне. С закрытой дверью. Одна. В той же одежде. И с грязными ступнями.

Выглянув в коридор, увидела закрытую дверь ЕГО спальни.

Рискнула заглянуть туда. Беззвучно и мельком.

Мистер Блэк лежал на кровати. На заправленной. Рубашку он скинул, но брюки оставил. Спал на животе с голым торсом.

Наши отношения были тотально испорчены.

Сжав губы от болезненности этого понимания, я прикрыла дверь его спальни и вернулась в свою.

Он не лег со мной. И закрыл обе двери между нашими спальнями, будто воздвигая нерушимые барьеры.

Слезинки скатились из глаз, когда я отправилась в ванную, чтобы сходить в душ и отмыть свои грязные ноги. И может быть отмыть душу… и частично смыть свою вину… Если удастся… Если гель для душа способен на такое.

После, я вернулась в постель и не вылезала из нее, пока не услышала, что ОН ушел из дома.

Глава 11

Это было нелегко.

Прошла неделя от заточения в Сфере, а я повзрослела на десять лет. По крайней мере, именно так я себя ощущала.

Раньше у нас были разные отношения, и в основном, это я задавала им цвет. Я его ненавидела – он ненавидел в ответ. Я его презирала – он игнорировал. Я хотела его убить – он лишь умилялся. Потом, я не поддавалась ему – он проламывал мои стены. Я отрицала, что влюблена в него – он доказывал обратное. Мне было плохо – он давал время. Все, что бы я ни творила, он спокойно принимал и всегда поступал правильно и по… теплому. А сейчас…

Сейчас равнодушию Райана не было предела.

Мы поменялись ролями. Теперь он был недоступен для меня, а я всячески боролась с этим.

Пыталась с ним заговорить – без толку. Пыталась стать невидимкой – тоже бесполезно. Затем я попробовала закатить истерику, но и тут столкнулась лишь с безразличием в его глазах. Он просто допил кофе и ушел из дома, когда я истошно орала на всю кухню.

Тогда я выяснила одну вещь. Не знаю, насколько это было к счастью или сожалению, но… мистер Блэк не слышал мой монолог.

– Я же все объяснила вам по рации! Почему вы не верите мне???

На это я получила лишь равнодушный взгляд и поднятую бровь, по которым стало ясно: он понятия не имел, о чем речь.