Принц льда и крови

После нападения я детально изучила книгу и научилась некоторым магическим премудростям и теперь всегда хранила нужные ингредиенты в доме.

– Розмарин необходимо приложить к ране, – сказала я брату, и он осторожно прижал листья к поврежденным участкам.

Артур помог мне до конца освободить торс фейца от одежды, стянув с него грязный плащ и камзол, насквозь пропитавшиеся кровью.

Заклинание требовало большой затраты жизненной энергии и сосредоточенности. Поэтому, сделав все, что я попросила, Артур и Ирис покинули гостиную, оставив меня наедине с незнакомцем.

Шалфей я аккуратно вложила в рот умирающему парню, приоткрыв пальцами его пухлые, потрескавшиеся от обезвоживания губы.

Погрузившись вглубь разума, я освободила потоки магической силы и, накрыв ладонями листья розмарина, принялась читать заклинание. Оно тут же начало действовать – на лице фейца отразилась боль, с его лба каплями покатился холодный пот, тело изогнулось дугой, и парень тихо застонал.

Под моими руками, прижатыми к ране, вспыхнул яркий свет.

Во рту пересохло, сердце начало бешено колотиться в груди. Мне было уже знакомо это состояние, я знала, что скоро меня начнет трясти. Столько раз я проходила через это в ту страшную ночь, когда не стало мамы.

Бросив мимолетный взгляд на обнаженный торс фейца – на другой просто не хватило сил, – я с облегчением отметила, что края раны начали понемногу стягиваться, поддаваясь заклинанию.

Меня знобило, я вкладывала в слова все свои внутренние силы и жизненную энергию, буквально отдавая раненому часть себя.

Наконец его дыхание выровнялось, грудь начала вздыматься уже не так поверхностно. Поток крови, заливавший деревянный стол, остановился, а смертельная рана практически полностью исчезла, оставив на своем месте небольшую багровую полосу, напоминавшую тонкий порез.

Голова шла кругом, я еле стояла на ногах. Заклинание Жизни – сильная магия, даже чистокровного фейца она истощает и изматывает, – что уж говорить обо мне, несчастной полукровке.

Тошнота волнами подступала к горлу, я еле сдержала рвотный позыв, глубоко вздохнув.

Губы блондина порозовели, они больше не сливались с его бледным лицом. Прислушавшись к биению его сердца, я с удовлетворением отметила четкие, сильные удары…

Чьи-то теплые, сильные руки обняли меня за плечи, не позволяя осесть на пол. Меня колотило, ватные ноги подкашивались. Не церемонясь, брат подхватил меня на руки и понес в мягкое кресло, стоявшее возле камина.