Diablo. Луна Паука

Это было связано не только с ее даром – как раз с одаренными аристократами служителю Ратмы уже приходилось сталкиваться. Сейлин Несардо была сильной личностью, более волевой и храброй, чем многие другие.

Гумберт Вессел был тому прекрасным доказательством. Первоначальный шок Сейлин сменился не отвращением, а скорее очарованностью. Вернувшись утром, она поприветствовала череп так, словно он был таким же гостем, как и Зейл, чем невероятно обрадовала духа. Гумберт, взяв разговор в свои, так сказать, руки, хотел было начать потчевать ее одним рассказом об их приключениях за другим, но взгляд некроманта прервал его.

При обычных обстоятельствах Зейлу не требовалось много времени, чтобы начать, но учитывая все, что он уже испытал, и тот факт, что муж Сейлин не ответил во время путешествия некроманта в потусторонний мир, служитель Ратмы хотел, чтобы все обстоятельства сложились в его пользу.

– Через час после полуночи, – наконец сообщил Зейл Сейлин и ее только что проснувшемуся брату. – Перед местом захоронения.

– Это под домом. В склепе.

Зейл предполагал, что у дома Несардо есть такое место, и подозревал, что именно там сосредоточены души, которые он видел.

– Хорошо, тогда…

Откуда-то снаружи громадный колокол прозвенел раз, второй, третий. В звоне послышались фатальные нотки, которые привлекли внимание некроманта.

– Колокола, – пробормотала Сейлин, печально прищурив глаза. Она взглянула на брата, который в кои-то веки помрачнел. – Король Корнелий наконец скончался.

– Долго же он помирал, – ответил Сардак. – Когда настанет мой час, надеюсь, это случится быстро, а не затянется вот так, на недели.

Зейл вспомнил обрывки разговоров, которые слышал на корабле, что доставил его в Вестмарш. Он знал, что король этой страны болен, но не знал, насколько. Некромант вновь почувствовал тревогу. По его мнению, эта смерть была слишком уж своевременной.

– У короля есть наследник? – спросил он.

– Изначально было трое сыновей, но один умер в юности, – леди Несардо поджала губы. – Его наследник и тезка умер от укуса паука в деревне несколько месяцев назад. Остался только Юстиниан. Четвертый этого имени.

– Юстиниан Большеглазый, как некоторые его называют, – добавил Сардак, совсем не выглядя довольным. – Самый наивный мальчик на свете, и такого же возраста, что и я.