Короли рая

Теперь он говорит прям как все другие иноземные послы, которым что-то нужно.

– Кажется, ты сомневаешься.

Кейл помедлил, но решил помочь.

– Никогда не говорите островитянину, что вам «есть что предложить». Он подумает, вы мошенник и лжец.

Амит широко улыбнулся в ответ, и наконец они прошли в уютном молчании через главные ворота на ряд пустых улиц. Кейл заметил, как пожилой ученый щурится, жадно пытаясь разглядеть открывшуюся перед ним картину.

– Обожженный кирпич и песчаник, – объяснил Кейл.

– Ах, спасибо.

Кейлу пришлось взглянуть самому, но он сразу догадался.

– А-а. Указатели – для бога неба, Ранги. Так люди просят пощадить их, если он рассердится или если Матэа нагрянет.

Амит поднял бровь.

– Бог ветра и штормов. Он ненавидит других богов, и человека тоже.

Старик улыбнулся, будто его это позабавило, хотя Кейлу померещилась и снисходительность.

– И ты веришь в такие вещи?

Он пожал плечами, думая: «Да, и совсем нет».

– Когда попадаю в шторм.

Амит все с той же улыбкой кивнул, с каждой минутой все сильнее опираясь на него для поддержки.

– Мы почти на месте, – сказал ему Кейл. – Дворец примерно в центре города, но с этой стороны он немного ближе.

Иноземец кивнул, но теперь глядел пристально лишь на дорогу, пытаясь удержаться на ногах. Они с Кейлом прошли мимо нескольких бездомных, чьи лица скрывались под широкополыми шляпами, так что были видны только протянутые руки: они просили подаяния даже во сне.

Крайняя нищета была редкостью на Островах, но даже в богатых городах имелись несчастные калеки, наркоманы и другие маргиналы с разрушенными жизнями. Амит, заметив нищих, вздрогнул.

– Это, э-э, безопасно? Ходить по городу ночью? Надеюсь, я не подверг нас никакой опасности.

Кейл помотал головой.

– Попадаются насильники и воры, но, думаю, нам не нужно бояться ни тех ни других. – В основном это было правдой, но иноземцы, даже без гроша в кармане, являлись мишенью, так что Кейл не сбавлял шага.

Они брели дальше, миновав главный храм Алхуны, даже не заметив его, хотя днем это массивное здание с позолоченной крышей и статуями – дань богатству города – сияло бы на солнце.