Разреженный воздух

– Прошу прощения, я отлучусь на минутку? Мне надо кое-что прояснить с лейтенантом.

Мэдисон Мадекве, не переставая жевать, кивнула и махнула рукой с видом небрежного безразличия. Но было что-то странное во взгляде ее пристальных темных глаз, которым она меня проводила. Я решил отложить это на потом. Ускорив шаг, я последовал за Чаканой и нагнал лейтенанта уже у лифтов, вне поля зрения нового клиента.

– Остановись, блядь, на минуту.

Она повернулась с изысканным самообладанием и, выгнув бровь, уставилась на меня.

– Уже проблемы?

– Ты сказала мне, что я буду нянчиться с аудитором и таскаться за ним по городу. Это что за херня насчет Нагорья?

Чакана пожала плечами:

– Торрес в основном работал в Нагорье. Там-то он и пропал. Логично, что наш прославленный аудитор хочет туда отправиться, не так ли? В чем дело, твои легочные турбины больше не пашут?

Я огляделся по сторонам. Понизил голос.

– Ты действительно хочешь, чтобы я отвез ее туда? В сторону от официального экскурсионного маршрута, туда, где нет защитных ограждений и блестящих буклетов? Думаешь, Малхолланду это понравится?

– Малхолланд сейчас по уши в дерьме.

Тихий писк возвестил о прибытии лифта. Я коротко кивнул.

– Ну хорошо. Но не хочешь рассказать мне, почему мы возвращаемся к расследованию трехмесячной давности, если к данному моменту доблестные стражи порядка Брэдбери уже должны были подшить это дело и сдать в архив? Я хочу сказать, когда оно только всплыло, разве метрополия не подключилась к веселью?

– Как и всегда, – в голосе Чаканы звучала смертельная усталость.

– Разумеется. Пропавший победитель лотереи – никто не оставит нечто настолько взрывоопасное местным. А то этому конца и края не будет. Дело должны были взять или вы, или маршалы, но те и пальцем не пошевелят ради такого дешевого отброса, как Торрес. Так что за дело берется отдел по розыску пропавших и проводит собственное расследование. Допросы, просмотр записей с камер наблюдения, проверка биографии – все записано и подшито к делу.