Хладные легионы

 – Воду, ручей или вроде того. Надо сбить их со следа.

Кузнец тряхнул головой.

– Чего? Ты еще и знаток по убеганию от псов?

– Ага. – Джерин выпрямился, дрожа. – Верно. Почти всю жизнь бегаю от Трелейнской стражи и их шавок по болотам. Доверься мне. Мы должны найти воду.

Кузнец фыркнул и пробормотал что-то невнятное. Но когда Джерин поглядел по сторонам, выбрал направление и опять начал пробираться сквозь спутанные заросли, товарищ последовал за ним без возражений. Может, в знак благодарности за то, что трюк с конвульсиями и пеной изо рта сработал, или просто поверил его словам.

В городе о болотных обитателях болтали всякое, многие верили, что они могут учуять воду по запаху и привести к ней. Джерин взял себя в руки и попытался поверить в этот миф, явно известный его спутнику-горожанину.

А потом украдкой выдавил кровь из небольшого пореза на лице, смешал со слюной на подушечке большого пальца и тихонько подул на получившееся месиво. Чуть слышно пробормотал короткую молитву Такавачу, которую выучил еще на коленях у матери: «…Соленый Владыка, повелитель теней и ветров переменчивых, из хладной обители ветра, с запада явившийся, услышь меня ныне и протяни мне неправедную длань свою…»

Может, благодаря детской привычке, пробужденному ею всплеску самообладания или мимолетному воспоминанию о материнском тепле – так или иначе, подлесок расступался перед ним чуть проще, ветви деревьев и колючие кусты меньше царапали и без того израненную кожу, а земля под ногами стала твердой, позволив ступать увереннее.

Лес разверзся и поглотил их.

Они наткнулись на ручей примерно через час, заслышав тихое журчание текущей воды и увидев неровную ленту, отражающую небесный свет, на дне неглубокой долины. Звуки погони будто удалились на север, и беглецы замерли в седловине между холмами, что возвышались над речушкой. Одарив друг друга радостными улыбками, они помчались вниз между деревьями, и обоим дышалось легче оттого, что они теперь следовали более продуманным путем. Это было немного похоже на пробуждение от кошмара.

Страх покидал их разумы, освобождая место для новых мыслей – теперь стоило подумать не только о том, как обогнать псов, и теперь Джерин начал ощущать раны, оставленные на запястьях и лодыжках кандалами. Руки и ноги у него тряслись, словно в лихорадке, а в горле скрежетало от дыхания.

Достигнув берега, они упали на колени и принялись жадно пить.

– Ты знал, что мы ее найдем? – спросил кузнец, когда настало время перевести дух.