Нажмите кнопку

– Ладно, – произнесла она, показывая жестом, что сдается. – Ладно, если ты не желаешь смотреть фактам в лицо.

– Каким фактам? – напирал я.

Я решил, что лучше позволить ей выговориться, пока ее идеи не прожгли ей в мозгу дыру.

Она прищурила глаза.

– Послушай меня, – сказала она. – Этот человек находится здесь не случайно. Он вовсе не дворник. Я не удивилась бы, если…

– Если бы этот многоквартирный дом оказался просто прикрытием для тайного игорного притона. Прибежища врагов общества. Подпольного абортария.

Она была уже в кухне, с грохотом рассовывала жестянки и коробки по шкафам.

– Ладно, – сказала она. – Ладно. – Этаким терпеливым тоном, означающим «если тебя убьют, то мне можешь не жаловаться». – Не говори потом, что я не предупреждала тебя. Раз уж я вышла замуж за непробиваемую стену, ничего не поделаешь.

Я подошел к ней и обхватил руками за талию. Поцеловал ее в шею.

– Прекрати, – сказала она. – Ты не собьешь меня с толку.

Она развернулась.

– Ты, видимо, серьезно? – произнес я.

Лицо ее потемнело.

– Да, дорогой, именно, – сказала она. – Этот человек очень странно на меня смотрит.

– Как?

– Ну… – Она задумалась, подыскивая слово. – С… с… предвкушением.

Я хмыкнул:

– Не могу его за это винить.

– Да будь же серьезнее.

– Помнишь тот раз, когда ты решила, будто молочник – убийца с ножом, посланный мафией? – спросил я.

– Мне плевать.

– Ты читаешь слишком много всякой ерунды, – сказал я.

– Ты еще пожалеешь.

Я снова поцеловал ее в шею.

– Давай поедим, – предложил я.

Она застонала:

– И почему я вообще что-то тебе рассказываю?

– Потому что ты меня любишь, – объяснил я.

Она закрыла глаза.

– Сдаюсь, – произнесла она спокойно, с долготерпением святого, поджаривающегося на огне.

Я поцеловал ее:

– Ну хватит, детка, у нас и без того хватает хлопот.

Она передернула плечами:

– Да, ну хорошо.

– Вот и славно, – сказал я.

– В шесть, – сказала она. – Я купила свинину.

– Пожаришь?

– Мм…

– Я буду только «за».

– Ты и так уже «за».

– В таком случае возвращаюсь к своей машинке.

Пока я выжимал из себя очередную страницу, я слышал, как она разговаривает сама с собой на кухне. Всего я не разобрал. Однако сквозь бормотание время от времени всплывало мрачное пророчество: «Прирежет прямо в постели или еще что-нибудь».