Куда приводят мечты

– Берегись, он падает! – крикнул Перри и вдруг завалился на спинку кресла, в котором сидел, пробормотав: – Пропал…

Так и было. Как только я освободился, фигура начала валиться в мою сторону и потом растворилась в воздухе прямо у меня перед глазами.

– Его что-то подтолкнуло, – сказал Перри.

– Ради бога, Перри.

Голос Ричарда дрожал.

– Можно мне выпить воды? – спросил Перри.

– Ты сказал, мы его увидим, – промолвил Ричард.

– Немного воды, Ричард! – умолял Перри.

Когда Ричард поднялся и пошел на кухню, я стал разглядывать Перри.

Я завернул на кухню, услышав бульканье наливаемой из бутылки минеральной воды. Прежде всего непонятно было, зачем Ричард позволил Перри втянуть себя во все это. Я понимал, что он хотел лишь помочь, но теперь все стало еще хуже, чем раньше.

Вернувшись назад, я сел около Перри.

– Послушай, – сказал я.

Он не пошевельнулся, а так и сидел, ссутулившись, с каким-то болезненным видом.

– Перри, что с тобой происходит? – допытывался я.

Он неловко заерзал. Вдруг меня осенило, и я мысленно повторил вопрос.

Он нахмурился.

– Оставь меня в покое, – пробурчал он. – Все кончено.

– Кончено? – Мне захотелось тут же задушить его. – А как насчет моей жены? Для нее тоже все кончено?

Вспомнив, я мысленно повторил эти слова.

– Кончено, – процедил он сквозь стиснутые зубы. – Вот так.

Я начал придумывать следующее послание, но, едва начав, остановился.

Я видел, как вернулся Ричард и подал Перри стакан воды. Медиум выпил его залпом, не отрываясь, и вздохнул.

– Извини, – сказал он. – Не знаю, что произошло.

Ричард холодно на него посмотрел.

– А как же моя мать? – спросил он.

– Можем еще раз попробовать, – сказал Перри. – Я уверен…

Ричард прервал его сердитым возгласом.

– Она ни за что не согласится, – вымолвил он.

Я встал и пошел прочь. Надо было уходить – и поскорее, без сомнения. Я больше ничего не мог поделать. В голове засела упорная мысль: «С этого момента мое присутствие здесь не имеет силы».

Существует что-то еще

Я сделал попытку выйти из дома; отправиться куда-нибудь, куда угодно. И все-таки, несмотря на то что тяжесть пропала и я чувствовал себя гораздо более крепким, я по-прежнему не мог освободиться.