Одной дождливой ночью

Касси привстала на локтях.

– Вам не больно? – спросил ее доктор Гудман.

– Нет… не сильно. Я в порядке, спасибо, – она посмотрела по сторонам, придержала одной рукой сползающий пиджак Джона.

Доктор Гудман повернулся к нему.

– Мистер?..

– Джон Фоксворт. Я тут с женой ужинал…

– Хорошо, Джон. Почему бы вам не присмотреть за ней, пока я схожу к телефону и вызову скорую помощь?

– Не надо скорую, – покачала головой Касси. – Ни к чему.

Прижав пиджак к груди, она попыталась встать на ноги.

– Не думаю, что стоит делать это сейчас, дорогая…

Не обращая на доктора внимания, она встала. Джон, быстро вскочив на ноги, помог ей подняться, подав руку. Ее собственный пиджак – черный, в отличие от того, что был на Джоне, – остался лежать на полу бесформенным пятном. Она бросила хмурый взгляд на парковщика. В нем, впрочем, были скорее обида и смущение, чем злость.

Джону впервые выпал шанс рассмотреть ее получше. Вряд ли ей было сильно далеко за двадцать. Она была миниатюрная, правую скулу украшал маленький, давно заживший шрам – вроде росписи скульптора, который сознательно дал прекрасно вышедшей статуе маленький изъян.

Изъян, отмечающий человечность и уязвимость. Волосы Кассандры были иссиня-черными – в тон деловому костюму. Интересно, как она выглядит без этого агрессивно-обезличивающего наряда…

Эх, будь я невидимкой…

Джон заставил себя отвернуться от нее.

Люди столпились вокруг нападавшего. Через узкую брешь Джон, тем не менее, углядел, что тот лежал ничком.

Кто-то уже успел связать тому руки за спиной и стянуть ноги вместе парой-тройкой брючных ремней.

– Почему он набросился на меня? – тихо спросила Касси.

Джон покачал головой.

– Безо всякой причины. Мы всегда хорошо ладили. Он будто с ума сошел, господи. Ничего не понимаю. И… и в чем это он?

– Я не знаю.

Она посмотрела на Джона.

– Можно пока подержать ваш пиджак?

– Конечно, пожалуйста.

– От моего, похоже, все пуговицы поотлетали. Сейчас, приведу себя в порядок.

 – Оглянувшись, она нахмурилась. – Ладно, думаю, их и так увидели все.

Передав Джону его одежку, она кое-как свела полы блузки вместе. Ее грудь предстала его глазам, и Джона бросило в жар.

– Вот черт, – пробормотала Касси, разглаживая блузку как раз там, где застыл взгляд Джона. Он знал, что должен отвести глаза – но не мог этого сделать. – И тут самые важные пуговицы отлетели. – Она бросила грустный взгляд на черную тряпку на полу.