Одной дождливой ночью

Наклон захватывал правую грудь крайне условно, оставляя бо?льшую ее часть превосходно видимой со стороны, и далее плавно уходил через бок на спину. От левой ягодицы начинался симметричный, столь же рискованный срез, сбегавший вниз и кончавшийся почти у щиколотки правой ноги. Туфли на высоких каблуках были такого же синего цвета. На Лин не было чулок, но это лишь подчеркивало хороший загар ее ног. По тому, как платье плотно облепило ее тело, Дениз решила, что вряд ли под ним на миссис Фоксворт надето что-то еще.

– Надеюсь, в ресторане будет тепло, – заметила она.

Лин поморщилась.

– О боже. Я слишком неприлично выгляжу?

– Вы выглядите прекрасно, поверьте.

Она, опустив голову, окинула себя взглядом.

– Ох. Ужас. У меня ведь есть прекрасная шаль. Есть горжетка из норки, специально для таких случаев – но Джону не хочется, чтоб я ее надевала.

– Он против меха?

– Он против показушности. И вообще, считает, что если на мне норковая горжетка, кто-нибудь непременно захочет стукнуть меня по голове и убежать с ней.

– Довольно-таки. Я бы посоветовала вам надеть пальто.

– О! Спасибо, что предупредила. Какое же ты чудо. Выручаешь и выручаешь, – Лин улыбнулась. – Но я и сама – не такая уж глупая блондинка, правда-правда.

Отпустив Дениз, миссис Фоксворт вылетела из кухни.

Дениз проводила ее глазами, чуть улыбаясь.

Еще бы мистер Фоксворт не сомневался в выборе платья. Господи, ну и штучка. Если бы Том увидел меня в чем-то подобном, он бы на стену полез с высунутым языком. Хотя у него не будет даже шанса. Потому что раньше него полезут на стену мама с папой, и уж точно не от одобрения.

Она пошла в гостиную и уселась на пол рядом с Карой. Девочка положила джойстик на колени и нажала кнопку. На экране телевизора Марио и Боузер мгновенно застыли: первый в прыжке, второй – с огненным облаком у пасти, готовым вырваться наружу.

– Эй, все в порядке, играй дальше, – подбодрила ее Дениз.

– Я просто на паузу поставила.

– Здорово, что мы снова вместе, – она нежно потрепала плечо девочки. – Давно ведь не виделись, правда?

– С первого мая! С тех самых пор ты со мной не сидела.

Такова была Кара: всегда запоминала точные даты. Дениз улыбнулась ей.

– Зато я была на твоем дне рождения.

– Угу.