Дорога волка

Несколько секунд я раздумывал, не уйти ли мне. Всё равно она меня пока не видела. А потом я подумал: с какой стати? Ожидая, когда мне подадут мой напиток, я смотрел, как она читает. Но даже если она заучка, всё равно она помогла мне.

– Хей, – сказал я, подходя к её столику.

Она подняла глаза и угрюмо уставилась на меня из-под чёлки.

– Почему ты взяла для меня эту книжку? – спросил я.

Она смотрела мне в глаза.

Я повторил вопрос.

Она уткнулась взглядом в свою.

Я сорвал обёртку с трубочки, пробил ею крышку стакана, уселся напротив Дебс и открыл «Волков».

– Что ты, позволь узнать, делаешь? – спросила она, выпрямляясь на стуле и выдёргивая наушники.

– То же, что и ты. Как тебе… Сильвия Плат[11 - Сильвия Плат (1932-1963) – американская поэтесса и прозаик, преимущественно работавшая в жанре исповедальной поэзии.]?

– Я разрешала тебе подсаживаться?

– Почему ты взяла мне книжку?

Дебс открыла рот так широко, что я увидел посеревшую жвачку.

– Почему? – настойчиво повторил я, игнорируя её жевание.

– Потому что мне не нравятся, когда люди говорят другим, что им можно, а что нельзя. Как эта библиотекарша. Теперь можешь идти.

Я улыбнулся. Это, похоже, её раздражало, поэтому она надела наушники, увеличила громкость и вернулась к Сильвии Плат.

– Меня зовут Люк, – сказал я.

Она перелистнула страницу.

– А тебя?

Она не отрывалась от книги.

– Как тебе Сильвия Плат, интересно?

Она не ответила. Я отхлебнул напиток и поставил его на стол, наклонился вперёд и выдернул наушники из её ушей. Она подскочила, будто током ужаленная. Её глаза вспыхнули, лицо вытянулось. Заметив мой стакан, она схватила его и держала так, будто собиралась бросить в меня.

Я прикрылся своей книгой.

– Брось, иначе книге тоже достанется.

Она взвесила стакан, будто принимала решение и крепко сжала губы. Глазами она метала искры так, будто собиралась взорвать здесь всё вокруг.

Но внезапно она, пожав плечами, поставила мой стакан обратно на стол и, плюхнувшись на место, вернулась к Сильвии Плат.

– О чём она пишет? – спросил я.

– Ты не поймёшь.

– Ну давай, расскажи.

– Это про боль. И страдание.