Дорога волка

Теперь я должен всё делать сам.

* * *

В тот день Малкольм постоянно вытягивал из кармана большой белый платок чтобы высморкаться. Или сжимал его в руке. И каждый раз, как я видел его с тех пор, он был простужен.

– Библиотека, – хотел сказать он, но из-за насморка получилось «бибиадегэ». – А вот опять площадка.

Мы остановились на асфальтовом прямоугольнике меж кабинетов, чьи стены отражали несколько сотен голосов, вздохи и крики примерно восьми теннисных матчей за раз. Футбольный мяч с оглушительным стуком ударялся о высокий сетчатый забор, окружавший поле.

– Это Клетка.

Внутри носились мальчики в незаправленных рубашках. Они толкались, кричали: «Пасуй!» – «Сюда!» – «Хватай!»

Над долиной разнёсся гром, и, обернувшись, я увидел чёрный истребитель, скользящий над верхушками деревьев. Он прошёл так низко, что я разглядел рот и подбородок пилота в кокпите. Истребитель скрылся за елями.

– Что это, чёрт возьми, такое?

Мне пришлось кричать, потому что рёв истребителя заполнял всё небо, даже когда тот уже скрылся из вида.

– Пилоты готовятся к Ираку, – сказал Малькольм, когда рёв затих. Его взгляд был мрачен.

– Не-е, – раздался чей-то голос.

Высокий черноволосый парень подошёл так близко, что мне пришлось слегка отступить. Кажется, его позабавило мое удивление, и он ухмыльнулся.

– Не, думаю, армия ищет новенького.

На волосах его лежал гель, брови были совершенно чёрными.

Я не был уверен, не разыгрывает ли он меня, но протянул свою в ответ.

– Что ж, как его зовут, Малки? – спросил он.

– Лукас, – ответил я.

– Откуда он?

– Из Сомерсета, – меня взбесило, что он обращается к Малкольму, но его это так развеселило, что он засмеялся.

– Чё ты здесь делаешь, приятель? – спросил он теперь уже меня.

Будь он Митешем, я бы сказал какую-нибудь глупость, типа «папа теперь выступает в кендальском цирке».

– Я переехал к бабушке.

– Почему? Твои родители развелись, или типа того?

Я не был готов к этому вопросу и не знал, что сказать. У этого парня как будто был талант зацеплять меня тем, о чём я не хочу говорить. Пытаясь придумать, как ему ответить, я открывал и закрывал рот, точно золотая рыбка.

– Жёваный крот, Малки, он даже не знает, что с его родителями.