World of Warcraft. Волчье сердце

Приземистое создание потянуло рычаг, и рука-щит изогнулась над его головой, да так, как не смогла бы изогнуться рука ни одного живого существа.

С громким лязгом глефа отскочила от руки и отлетела далеко в сторону. Халдрисса выругалась.

– Поди сюда, фиолетовая! – глумливо загоготал гоблин. – Дай-ка я тебя обниму!

Металлические руки метнулись к Халдриссе с двух сторон, норовя стиснуть ее так, чтоб лезвия сделали свое дело. Халдрисса бросилась наземь, едва-едва не лишившись головы.

Она вполне ожидала, что гоблин немедля исправит промах, но вместо этого крошшер отчаянно замахал ручищами.

Но гоблин этого допускать не собирался. Взмахи огромных рук сопровождались вращением торса, и все это – в попытках сбросить Занона вниз. Правда, в сем отношении гоблину преуспеть не удалось, однако воспользоваться клинком Часовой не мог.

Понимая, что попытка подать сигнал остальным может также предупредить всех гоблинов и прочих случившихся неподалеку членов Орды о присутствии сил Альянса, Халдрисса лихорадочно думала. Как поскорее покончить с одиноким врагом? Она огляделась вокруг. Ее глефа отлетела слишком далеко, однако оружие Занона так и торчало из дерева совсем рядом. В надежде, что ее товарищу удастся отвлечь гоблина на достаточный срок и при том не погибнуть, она метнулась к оружию.

Добраться до глефы ей удалось без труда, но высвободить ее из ствола оказалось намного более сложной задачей. Глефа глубоко ушла в дерево, и, хотя Халдрисса тянула ее что было сил, крепко стискивая зубы, так как от этих стараний рана разболелась куда сильнее, оружие никак не поддавалось.

Жужжание заглушило все вокруг. Халдрисса бросила взгляд в сторону остальных крошшеров, но их даже не было видно, а значит, и источником усилившегося шума они оказаться не могли.

Ночная эльфийка припала к земле.

Лезвия одинокого крошшера впились в ствол, обдав ее дождем опилок и щепок.

Казалось, пронзительный скрежет вот-вот разорвет барабанные перепонки. Откатившись в сторону, Халдрисса увидела, что лезвия крошшера наткнулись на глефу. В результате сего конфликта и крошшер, и дерево отчаянно затряслись.

Выругавшись, гоблин передвинул несколько рычагов. Свободная рука крошшера поднялась и уперлась в дерево.