Кровавое наследие

Галеона обеспечивала его колдовством – не говоря уже о прочих удовольствиях, – но чтобы действительно сравниться со славой Полководца, Злорадному требовалось что-то, чтобы призвать и повелевать не одним демоном, а многими.

Он пребывал в абсолютной уверенности, что доспехи открыли бы ему этот путь, и был буквально одержим этой мыслью. Всесторонние исследования Злорадного показывали, что Бартук вселил в латы могущественнейшие заклятия. Собственные, скудные силы командующего уже увеличились за счет шлема; наверняка магические доспехи Полководца дадут ему то, чего он так жаждет.

Наверняка и тень Бартука желает этого. Видения – это знак.

– Я скажу тебе только одно, мой генерал, – прошептала колдунья. – Только одно, что вдохновит тебя в твоем поиске…

Он стиснул ее руки:

– Что? Что такое?

Женщина неуловимо скривилась от боли, столь крепка оказалась его хватка.

– Он… этот дурак, натянувший доспехи, – он приближается!

– К нам?

– Вероятно, если шлем и все остальное стремятся воссоединиться, но даже если и не так, чем ближе он окажется, тем точнее я сумею вычислить его! – Галеона высвободила одну руку и дотронулась до подбородка Злорадного.

 – Тебе придется подождать еще самую малость, моя любовь. Самую малость…

Отпустив чародейку, командующий решительно заявил:

– Будешь проверять каждое утро и каждый вечер! Не жалей усилий! Я должен узнать, где находится этот кретин, в ту же секунду, когда ты сможешь определить это! И мы выступим немедленно! Ничто не должно встать между мной и моей судьбой!

Он подхватил шлем и, не сказав больше ни слова, покинул шатер.

Ординарцы быстро зашагали следом. Разум Злорадного застилало, когда он представлял себя в магических доспехах. Легионы демонов встают под его командование. Города падут. И вырастет империя… империя, охватывающая весь мир.

Вернувшись в свою палатку, Август Злорадный бережно обнял шлем, словно защищая его. Галеона права. Ему всего лишь надо быть немножко терпеливее.

И доспехи придут к нему.

– Я свершу все, о чем ты только мечтал, – прошептал он отсутствующей тени Бартука. – Твое наследие будет моей судьбой! – Глаза командира заблестели. – И очень скоро…

Когда Злорадный исчез за пологом, ведьма задрожала. В последнее время он стал таким непостоянным, особенно когда надевает древний шлем. Однажды она даже поймала его на том, что он разговаривает так, словно сам был Кровавым полководцем.