Волк на холме

– Мяяяяяяяя… – из коридора, ведущего на кухню, донеслось хриплое басовитое мяуканье, и сразу за ним послышался мужской голос:

– Ну что ты увязался за мной, как арбитр за Джаннини?.. Нет у меня ничего, ты все сожрал! Иди мышей лови.

– Мяяяяя… Муаааааууу…

– Ладно, дело твое. Впущу на кухню, но если тебя веником шуганут – чур, на меня не обижаться…

Микеле с Катариной удивленно переглянулись, прежде чем обоюдно воззриться на вход, где в проеме открывшейся двери показался «водитель-охранник-санитар» Лука, облаченный в футболку и джинсы, и в компании громадного серого кота с порванным ухом.

– Доброе утро, – поздоровался парень без всякого смущения, даже немного нагловато (по мнению Катарины), но хотя бы не стал сразу ломиться к столу, дождался ответного приветствия от пожилых синьоров и приглашения сесть. Кот деловито побежал по его следам, обогнал, запрыгнул на ближайший стул, поставил лапы на край стола и попытался дотянуться до молочника.

– Кыш, нахальная тварь! – картинно замахнулся на него мажордом. – Откуда ты опять взялся на мою голову?.. Три дня не было, я уж думал, пропал… но нет же, как булочки на завтрак, так и Оборванец тут как тут!

– Вот оно что, Оборванец, значит, – усмехнулся Принц и, взяв кота поперек туловища, ссадил на пол и сам занял его место. Серый монстр недовольно загудел и, не желая легко сдавать позиции, запрыгнул на колени к новому знакомцу и для верности вцепился в джинсы когтями.

Микеле невольно заулыбался, наблюдая эту сцену – на самом деле он любил Оборванца и очень сокрушался при каждом его долгом загуле, в то время как супруга снова хмыкнула и что-то пробурчала насчет того, что «рыбак рыбака видит издалека».

– Где ты нашел его, Лука? Он трое суток не появлялся.

– Да это не я его… это он меня нашел… сперва под окном орал, я аж проснулся, – Принц не стал уточнять, что у него почти всю ночь сна не было ни в одном глазу, – А потом слышу, кто-то на карнизе скребется, открыл окно – он в комнату и запрыгнул.

«И выспался куда лучше чем я, мошенник мохнатый…»

– Мадонна! – Катарина отставила кофейник и картинно воздела руки. – Конечно, прямо в комнату! В «греческую» спальню!.. Мокрый и грязный, на кашемировый плед!..