Созвездие разбитых сердец

С больничной территории они выехали на Ленинский, в этот утренний час весьма оживленный, и Бердянский газанул, пересекая наискосок поток машин, чтобы успеть к ближайшему развороту. Ему кто-то бешено просигналил, он в ответ сам вмазал по клаксону и показал в окно весьма непристойный, но красноречивый жест – как в крутых американских боевиках.

На вираже Марию снова вдавило в кресло.

– Паша!.. – она вцепилась пальцами в края сиденья, борясь с искушением крепко зажмуриться, но испугаться по-настоящему не успела.

– Что, Маша? – в тон ее возгласу ответил Бердянский, ловко уклонился от столкновения, а, развернув машину в сторону центра, сунул руку в карман куртки и жестом фокусника извлек мобильный телефон. Протянул ей, но тут же отдернул руку назад:

– Погоди, заблокирован, сейчас пин-код вобью и отдам… Пользоваться-то умеешь?

Мария снисходительно посмотрела на него и заявила:

– Молодой человек, у меня был сотовый еще в те времена, когда в этой богоспасаемой стране сотовым был только мёд… Я год прожила в Испании…

Бердянский прыснул от смеха, потом вновь глянул на Марию с острым интересом:

– Я тоже в Испанию ездил.

– В Барселону? Не в школу Жорди Морено, случайно?.. – невольно воскликнула она и прикусила язык, но поздно… незачем, ох, незачем было заговаривать про Испанию, да еще обнаруживать свои познания в танцевальной культуре:

– Я… я просто была там на концерте его труппы… А что у вас за спектакль с испанскими танцами? – Мария попыталась прикрыть свой прокол чисто зрительским любопытством.

– Неа, я на фестиваль приезжал, видел как выступал театр фламенко Антонио Гадеса… там и мастер-классы брал… Мы тут хотим на Лорку замахнуться, поставить «Кровавую свадьбу»… только тссс, не растрепи раньше времени, сглазишь…

Час от часу не легче. «Bodas de Sangre», La Novia – роль ее мечты. Роль, которую она получила в «Музеоне», и которую сыграла бы уже этим летом, пока Театр Музыкальный драмы и Комедии, где работал Бердянский, только собирался бы с мыслями… если бы не та история со спонсором… если бы Козлевский не выставил ее из труппы…

Мария поднесла руку ко рту, с трудом проглотила подступившие слезы.

– Эй, тебя укачало, что ли? – Павел сам, без просьбы с ее стороны, сбросил скорость и прижался к тротуару, намереваясь притормозить, если понадобится.