Луна и лотос. Сказка для взрослых

» -думала она пьяно и бесстыдно, целуясь с ним, и когда он на миг прервался, вопрошающе взглянул – улыбнулась так же бесстыдно и пьяно, неуверенная до конца, что бодрствует, готовая очнуться и разочарованно увидеть – никто и ничто не касается ее, кроме лунных лучей… но губы Романа снова слились с ее губами, сильные руки стиснули спину, бедра толкнулись в бедра, и Женя прижалась к нему всем телом, во взаимном страстном порыве.

«Только бы нас не застали!..» – молилась она неведомой силе, что столкнула их в вечернем сумраке, и заставила луну сиять ярче, а травы и цветы в саду – благоухать, как в раю…

У местных божеств было своеобразное чувство юмора, и ответ на молитву пришел немедленно, громоподобно и гомерично: в виде отвратительного и скрипучего голоса Модеста Исааковича Кацмана.

– Я водяной, я водянооооой…

никтооооо не водится со мноооой!

Внутри меня водица…

ну чтооо с таким водииииться?.. – Кацман не попадал ни в одну ноту, но его это ни капельки не смущало – ведь слушатели не скупились на аплодисменты.

Романтический момент был… испорчен, и Женя, неохотно разъединившись с Романом, сердито прошептала:

– Ооооо… да что б его самого водяной утащил, вместе с заместителем!

– Может и утащить, если пьяными в Волгу полезут… здесь такое частенько случается на праздники, – отозвался Роман с неожиданной холодной твердостью, и она вздрогнула от его тона, словно за шиворот попала вода:

– Господи, Ром, что ты!.

– А я серьезно. И Волга – серьезная река, она баловства не любит.

– Да… я знаю… – Женя вдруг смутилась, разом протрезвев, и дернулась прочь из объятий – но Роман не разжал рук, и она тихо и настойчиво попросила:

– Отпусти!..

Он перестал прижимать ее к себе, позволил отшагнуть в сторону, и все-таки не отпустил: Женя по-прежнему чувствовала мужские пальцы на своем запястье.

– Рома… Мне уже пора…

– Да, ты права. Пойдем отсюда. Нас ждут.

– Нет, ты не понял!.

– Не будет, – Роман смотрел на нее с ласковой усмешкой и, казалось, забавлялся внезапным страхом своей новой игрушки. – Все ваши так перепились, что до полудня не вспомнят и собственных имен… где уж им за другими приглядывать!

– Почему… откуда ты знаешь?.. – ситуация стремительно выходила из-под контроля, и на сей раз причиной была не страсть, а страх… страх глубокий и темный, как волжская вода.